Вверх страницы
Вниз страницы

Меридиан

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Меридиан » Новый город » Публичный сад Тигра


Публичный сад Тигра

Сообщений 1 страница 30 из 44

1

http://uploads.ru/t/w/o/P/woPSa.jpg
Заходя в этот сад можно представить, что вы оказались не в парке посреди города, а в самых настоящих джунглях. Старые и огромные деревья раскинули по сторонам свои густые ветви и витиеватые корни, питаясь от многочисленных ручейков. Между деревьев проложенные тропки из плоского булыжника, а по  сторонам от тропок, на свободных от корней местах, растет сочная зеленая трава и мелкие лесные цветы. Большое количество зелени и воды - рай для птиц, рыб и земноводных. Живущие здесь виды отличаются пестрым окрасом и совершенно не боятся посетителей, нередко выклянчивая у них корм.
Однако за всем этим на первый взгляд диким великолепием тщательно следят маги и садоводы, а от хулиганов сад защищает высокая кованная ограда и стражник у ворот, не пропускающий внутрь нищих, цыган и шпану.

2

>>>Комнатка Онэруве
Выбравшись из окна своей комнаты, как зверек из норки, Онэруве уселась на траве под стеной Храма. Девушка развернула матерчатый узелок с рукоделием на траве слева от себя, расправила пасмы ниток, чтобы меньше путались. Маленький футляр с иглами разного размера, крошечные ножницы – цапельки с острыми кончиками и ручками, похожими на крылья птицы. Сколько лет она собирала все это, казалось бы, нехитрое имущество! Но родители не особенно приветствовали увлечение дочери нитками-иголками. Девушка семьи Таши-Тари может держать в руках только одну иголку – трехгранную иглу для шитья кожи, и вместо ножниц у неё должен быть нож для разделки шкур… А она, как какая-то аристократичная белоручка, тратит деньги на иголки, которые в руки то не взять, такие маленькие и тонкие, где ж это видано… Вспоминая семью, девушка тем временем аккуратно заправила в пяльцы ткань. Рисунок будущей вышивки был нанесен на ткань уже давно, и оставалось только повторить его нитками. Девушка устроилась поудобнее и начала вышивать лапу тигра. До обеда на этом месте её будет пригревать солнце; а потом, если она не понадобится никому из Храма, или её сторонних заказчиков, можно будет достать монетки, спрятанные в глубине сундука, и сходить на базар за оранжевым и зеленым шелком для новой картины… В этом углу сада почти не бывает случайных прохожих, а если и будут – вряд ли кому помешает скромная вышивальщица. Зато, если она понадобится кому то из храма – её легко смогут найти, и она услышит, если кто-то войдет в её комнату.

3

Внешность: не высокая, пожилая женщина довольно хрупкого вида. Лицо женщины испещрено морщинами и несколькими пятнами (от возраста). Глаза добрые, хотя и как два маленьких буравчика. Тело спрятано в несколько слоев одеяний не сильно ярких тканей, в руке трость, а на ногах – гетто. Седые, с несколькими прядями еще черных волос, косы свисают по спине ниже лопаток.

Солнце еще не скоро дойдет до середины своего пути, но уже довольно тепло стало и все вокруг прогревалось. После относительно прохладной ночи. Старушка Игрийна вышла в городской сад. Так как знала в нем несколько уголков. Где бывает довольно тихо и малолюдно. А следовательно – она сможет посидеть в тишине и спокойствии, наблюдая за растениями, птицами (которых прикармливала остатками лаваша) или даже нахально вздремнуть под лучами солнца. Свое она уже отработала и теперь настала пора, когда он может выкидывать вот такие номера, как спать в городском парке, под теплыми лучами солнышка.
Идя по тропинке к одной из излюбленных скамеек. Женщина увидела девушку. Которая увлеченно в отдалении. Что-то делала. Слеповатые глаза Старушки Игрийны не сразу рассмотрели что именно.. но подойдя ближе, она узнала пяльцы и нити с иглами
-Не часто встретишь молодую девочку, которая будет вот так с упоением сидеть и создавать картины –похвалила она ее, осматривая непринужденно и добродушно незнакомку, к которой с такой наглостью обратилась.- А что ты вышиваешь?
Глаза женщины щурились, но она не могла разобрать ими рисунок, в который любопытно всматривалась..

Отредактировано Житель Шамбалы (2012-02-13 13:49:20)

4

Минуты под пение птиц в солнечном уголке сада пролетали незаметно, работа спорилась. Стежок за стежком ложился на дорогую ткань, медленно, но верно, как минуты в часы, складываясь в задуманный узор. Онэруве всецело погрузилась в работу, и подняла глаза от пялец только когда кончилась нить. Девушка сладко потянулась, довольная собой, заправила новую нитку в иглу, и продолжила работу. Немного хотелось есть, но, судя по положению солнца, ещё слишком рано, чтобы идти в храмовую трапезную. Можно было бы перекусить яблоком, которое девушка сберегла со вчерашнего ужина, но вставать с насиженного места, где такая мягкая трава и так тепло греет солнце, совершенно не хотелось.
За вышивкой и нехитрыми размышлениями о еде и лени Нэру не заметила появления в её уголке сада нового лица, пока к ней не обратились. Вскинув голову, девушка увидела перед собой почтенного возраста женщину с тростью. От нехитрой похвалы вышивальщица немного смутилась.
- Вышивка мой хлеб, вот и работаю, - она улыбнулась старушке. Во-первых, потому что со старшими надо быть вежливой, а во-вторых, потому что в такую хорошую погоду невозможно было не улыбнутся и не поделится хорошим настроением. Да и потом, а вдруг старушка окажется новой заказчицей? А если и нет, все равно приятно дать отдых глазам и поговорить с понимающим, кажется, человеком.
- Это будет тигр. Правда, пока вышито ещё слишком мало, чтобы было узнаваемо, но где-то через месяц плотной работы, я думаю, уже будет понятно, а пока у меня готова только одна лапа, да и та не до конца…
Девушка повернула пяльцы лицевой стороной к собеседнице и расправила ткань, чтобы рисунок был яснее. Стали видны черные метки на ткани, в которых, при наличии воображения, можно было узнать тигра, и уже вышитую переднюю лапу с острыми когтями.

5

Прицокивая языком и еще щурясь подслеповатыми глазами, старушка Игрийна, выразила свое почтение и удивленную похвалу к девушке, что так старается. Она сделала несколько шагов, подходя к ней ближе, всматриваясь в рисунок на ткани и ту его часть, что уже сделана. Работы было много, но судя по рукам девушки и ее глазам, это может быть и не месяц работы, а больше.
-Я тоже когда-то умела вышивать, но у меня все терпения не хватало, чтобы так ладно, как у тебя –начала она вдруг рассказывать.- Но всегда уважала людей, которые умеют делать таким тонким образом, столь витиевато-интересную работу. Помню, однажды мы были с мужем в порту одного из морских городов Мальдивии. Витрим, кажется, он звался.. Или Ватрим? Не помню уже.. Знаешь. Со временем память такая дырявая становится, что все на свете можешь забыть. А уж тем более названии иностранных портов! –с усмешкой отметила она.- Вот только этим утром я забыла, как правильно готовить плов. Все помню, из того что помню, а про плов не помню..
Женщина делилась искренне своей бедой с незнакомкой. Но старые люди все такие – только затронь тему воспоминаний или болезней и начнется лекция долгая, и не всегда привлекательная..

6

Слушая старушку, Нэру понимающе улыбалась. Ну и что, что ей не очень-то интересно выслушивать чужие жалобы, негоже перебивать старших, и, уж тем более, никуда не годится обижать их невниманием.
- Вы хотя бы знали, как плов готовить, просто вспомнить не можете… А мне и помнить нечего, я готовить не умею. Ну, почти не умею. – Девушка насупилась. Она всегда завидовала маме и младшей сестренке, способным из горсти риса соорудить вкусный ужин на всю их немалую семью. Сама она, конечно, с голоду бы не умерла на кухне, но ничего мало-мальски сложнее отварного мяса или риса приготовить была неспособна.
- Хотела бы я научиться готовить, как мама… Вот, я помню, по большим праздникам она готовила нам сладких плов – на сладком молоке, с орехами и сушеными сливами… Отец говорил, что это вкуснее любого торта, а мы, дети, никогда этих тортов и не пробовали. Для нас мамин плов – это был настоящий сладких праздник…
Вспоминая любимое лакомство детства, девушка зажмурилась, и даже облизнулась, словно тарелка плова уже стояла перед ней. В животе громко, просто таки неприлично громко заурчало.
- Извините. - Нэру покраснела. – Ой, а я же даже не представилась… И даже с травы поленилась встать перед старшей, – укорила она себя мысленно, - и присесть не предложила… Вы подождите, я сейчас вам подушку принесу!
Девушка торопливо, но аккуратно отложила в сторону вышивку и лаской юркнула в окно. Ловко приземлилась на крышку сундука, спрыгнула с него, метнулась в угол за подушкой, и так же быстро и ловко выскочила из окошка обратно на лужайку. Положила подушку на траву возле стены.
- Вот, садитесь, пожалуйста!

7

-Ох, сладкий плов.. –женщина поддержала воспоминание об этом лакомстве своей собеседницы. Такой же сладкой улыбкой, как и у той. Словно и перед ней уже стояла тарелка такого угощения. Словно они сейчас не просто были под лучами солнца в приятном уединении природы. А еще и с угощениями. Женщина кое-что вспомнила, но не тут-то было..
Когда юная и юркая девушка юркнула в свою комнату, старушка удивилась, и это более чем ярко виднелось на ее лице. И продолжало виднеться, даже когда Онэруве «вернулась» из своей комнаты
-Так ты из Храма? Ох, мне следовало сразу догадаться, увидев твою вышивку, но как-то и в голову не пришло.. –и так не отличающаяся особо хорошей памятью женщина, посетовала на свою забывчивость.
Женщина устроилась на предложенное ей место, довольно покрякивая и благодаря девушку за такую заботу. Но, усевшись, она сразу принялась аз ответные действия. Погуляв морщинистыми и с темными пятнами, от большого количества работы под солнцем, руками в складках своей одежды, она вытащила то, что искала.
-Угощайся и расскажи мне о своей семье.. Отчего ты решила уйти в Храм Тигра? –спросила пожилая матрона, протягивая мешочек, который развернувшись демонстрировал цукаты, маленькие карамельки и орешки с кусочками сушеного яблока. А сама матрона - вся обратилась во внимание. Утро ей определенно нравилось своей насыщенностью.

8

Нэру подождала, пока улыбчивая старушка поудобнее устроится на подушке, потом села рядом с ней – как раз между окном и собеседницей.
- Ну да, я из Храма… Правда, я не могу сказать, что я решила уйти в Храм. Оно, ну… как-то само собой получилось.
Девушка вздохнула, словно разговор свернул на не слишком приятную тему. Встряхнула головой, отгоняя неприятные мысли, и взяла в руки вышивку. Несколько мгновений она молчала, расправляя ткань и нити, водила пальцами по линиям будущего узора, как будто гладила тигриную лапу.  Потом снова улыбнулась, глядя в глаза собеседнице.
- По воле Тигра, наверное.
Она взяла из протянутого мешочка горстку орехов, поблагодарила за угощение. Сладости так и захрустели на молодых зубах.
Наверное, благочестивым «по воле Тигра» можно было и ограничится, вспоминать прошлое не хотелось. И в то же время, почему-то очень захотелось поделиться всей той памятью и тоской, что скопились у неё на сердце за время разлуки с семьей – все равно с кем, хоть с этой самой старушкой! Тем более что эта самая старушка смотрит так внимательно, с ожиданием… Уже настроилась, наверное, на длинную историю, как на чтение вслух книги… Почему бы и нет? Она живет здесь уже третий год, и за все это время у неё не появилось ни одного близкого человека в городе, кроме, пожалуй, Наставника, но ведь с ним не поговоришь по душам…
- Я росла в большой семье. Знаете, как бывает, голодных ртов много, да рук рабочих мало, вот так и у нас. Дедушки-бабушки, тети-дяди, внучатые племянницы двоюродных братьев и все такое. – Девушка наморщила нос. – Я, конечно, понимаю, семья – это ценность, но когда она такая большая, а твой отец считается старшим в  роду – это такая головная боль! Всех этих родственников и не упомнить, но зато они все помнят про тебя. И чуть что- идут на поклон к отцу, мол, не оставь нас, ты же старший… Ну вы поняли, наверное. – Онэруве продолжила вышивку. Под аккомпанемент разговора работа спорилась ничуть не хуже, чем под пение птиц. – У отца я была самым старшим ребенком, и, конечно, на меня все так надеялись, что буду подспорьем хотя бы матери в домашних трудах, если не отцу в работе. Видимо, зря. – Не отрываясь от работы, девушка пожала плечами. -  В общем, если коротко, из-за меня семья могла попасть в такие долги, что не выпутались бы долго-долго. И я решила, раз моя глупость – мне и справляться самой, и домой я не вернулась, и даже весточки им не послала, чтобы не вздумали вмешаться. Я сама справлюсь, - тихий голос девушки стал тверже, решительней, нотки грусти исчезли из него совершенно, - достаточно и того, что Храм погасил мой долг. А уж с Храмом я сама расплачусь, если на то воля Тигра будет.

9

Старушка наблюдала за раскрывающейся для нее, тут и сейчас, самой невиданной картины истории судьбы. Судьбы этой девочки. Пусть и рассказанной лишь в общих чертах.. Но от этого не менее интересной. Учитывая еще и то, как девочка смотрела на свое произведение рук и творчества.
Женщина слушала внимательно и не отводила взгляда от собеседницы, выслушивая все.
-Понимаю. Я тоже, как и ты, выросла в большой семье. И мир мне казался таким маленьким, в моем селении. А потом я встретилась со своим мужем и он показал мне, насколько велик на самом деле мир. И это действительно так. Семья – это хорошо и стоит чтить и любить ее. Но нельзя быть приякореной ею к одному месту, так что.. думаю, чтобы не случилось в твоей жизни. Ты и сама понимаешь. Что это всяко интереснее того как ты выросла.. Не находишь? –поделилась она своими размышлениями, так же беря несколько кусочков сушеных фруктов и конфет-леденцов.
-Тебя там не обижают хоть, дитя? –в противоречие своим словам, о правильности поступка, вдруг спросила женщина. Хотя, что тут такого? Вполне логично она себе понимала, что перемены к лучшему. Хотя они и не удобны первое время. Непривычны, если быть точнее.

10

- Ты и сама понимаешь. Что это всяко интереснее того как ты выросла.. Не находишь? – доверительно сказала старушка.
- Да, пожалуй, – хихикнула в ответ Онэруве. Действительно, что не делается, все к лучшему. В Храме красиво и тихо. Дома, в пригороде тоже было по-своему красиво, но ничего общего с величественной красотой религиозной святыни там не было, и, наверное, не окажись здесь девушка волею случая, она никогда бы не увидела этой красоты, не прониклась бы духом веры и благодарности, царившей в Храме… Не узнала бы Наставника… не научилась бы у него искусству магии огня…
Девушка прикрыла глаза, вспоминая первые дни ученичества, свой детский восторг от близости к живому огню, от возможности на краткие мгновения стать ровней пламени, вспоминала свое искреннее восхищение Наставником, за его опыт, года и мудрость… Из приятных воспоминаний её выдернул новый вопрос собеседницы.
- Обижают? Нет, что вы! – Нэру искренне возмутилась такому предположению. – Наоборот, здесь ко мне очень хорошо относятся! Храм дал мне кров и еду, работу… Я очень благодарна Храму и служителям за все, что они для меня сделали! И за возможность заниматься любимым делом прежде всего. – Сначала девушка говорила очень громко и быстро, но к концу пламенной тирады горячности в голосе поубавилось, и закончила она уже тихо и немного грустно. Потом она помолчала немного, и добавила уже совсем тихо, словно не хотела, чтобы это услышали. – Нет, меня тут вовсе не замечают. Скорее, пока для меня нет работы, меня просто не замечают…

11

Храм Тигра

В какой то момент, Ватарэ заметила, что безбожно отстала от монаха, хотя казалось, шла с ним совсем рядом. Пришлось подхватить длинные юбки и бегом догонять настоятеля, привлекая внимание редких отдыхающих. Но ее это совсем не заботило и не волновало, сейчас Ватарэ почувствовала себя ребенком, опоздавшим в школу солнечным весенним днем. Запахи трав, деревьев и цветов только еще больше дразнил и заставлял улыбаться, пробирающиеся сквозь листву яркие лучи солнца назойливо лезли в глаза и от них приходилось закрываться рукой, к сожалению, полу прозрачные рукава платья для этого никак не подходили.
-Нет ничего прекраснее мгновения свободы и радости, нет ничего прекраснее и дороже душевной свободы...Как же это прекрасно!
Ватарэ не стала окликать настоятеля, Девушка вбежала на каменные столбики небольшого мостика и про прыгала по ним, обогнав Белого Монаха, полы платья волочились  по ветру, как хвост у павлина. Когда они дошли до нужного места, актриса наконец остановилась, чтобы перевести дух и  мило рассмеяться, и сразу же придать себе как можно более достойный вид, ведь они пришли сюда не баловаться, а учиться. Рядом с укромным закоулком сада еще кто-то был, но Ватарэ не могла разглядеть, кто. Девушка присела на скамейку и развязала футляр с флейтой, извлекая последнюю на свет : отполированное дерево ярко сияло в солнечных лучах и еще больше грело руку. Ламия выразительно посмотрела на настоятеля, ожидая его слова.

12

---> Храм Золотого тигра

Прогулка до сада оказалась не слишком долгой, да и благо, сад был прямо рядом с Храмом. Хотя, по долгим прогулкам, да и вообще по путешествиям, даже Рэйджин начал скучать. Все таки добрая половина его жизни прошла именно в пути. Наверное он довольно странно смотрелся для окружающих... Человек, одетый в белое одеяние монаха, опирающийся на бамбуковый посох, идущий по городу босяком. И при этом он еще и умиротворенно улыбается. Такого могли бы не знающие и за идиота принять. Но Рэйджину было все равно как на него посмотрят остальные. Он такой какой есть. Всего лишь странствующий монах, который еще и большую часть своих денег раздает тем, кто в них нуждается.
В саду Монах так же не торопился, но теперь смотрел уже не только перед собой, но и заметно стал отвлекаться на красоты природы. Казалось его интересовало все вокруг, начиная от небольших растений и трав и заканчивая птицами и небольшими животными вроде тех же белок.
Но никто не говорил о том, что он забыл про Ватарэ, которая в какой-то момент, улыбаясь как ребенок обогнала его и поспешила устроиться по-удобнее на одной из скамеек. Рэйдрин подошел к месту, которое выбрала девушка и устроился рядом с ней. Он посмотрел на флейту Ватарэ и только теперь вынул свою из-за пояса. Конечно, он не мог похвастаться таким же прекрасным инструментом, но ведь зачастую, можно дать лучшее тому, кто не умеет играть и все равно у него ничего не получится. Да и флейта была подарком... это одна из первых флейт старого мастера, с которым Рэйджину посчастливилось познакомиться. Старик подарил ему эту флейту, в благодарность за помощь. Но от этого бамбуковая флейта не становилась менее дорогой для самого Монаха, несмотря на то, что такое может сделать едва-ли не любой мальчишка.
- Прости, я не смогу научить тебя искусству игры на флейте. Все таки я не могу назваться учителем, потому что никогда не заканчивал никаких академий, - снова признался он, как при первой же просьбе. Но сейчас, ему показалось, что стоит напомнить об этом девушке. Хотя... судя по тому, что она захотела у него учиться - ей понравилось, как он играл. - Единственное к чему я могу тебя подтолкнуть - умение слушать себя и мир вокруг. Попробуй, - он кивнул на флейту девушки, а сам устроился по-удобнее и приготовился слушать.

13

Женщина и это внимательно выслушала, сочувственно покивав головой. Но она понимала, что ничего изменить не может и делала то, что могла – выслушивала. Ведь иногда это – лучшее что может дать человек, когда кому-то надо выговориться. А выговариваться надо всегда, иначе накапливаемое, оно может прорваться в не самом лучшем виде. Не говоря о том, как это грызет порой ..
-Ну.. я думаю и это тоже хорошо –подбадривающе улыбнулась она девушке- Я, вон, вообще одна осталась. Даже соседи меня сторонятся, так как своих забот хватает каждому. Дети, хозяйство да работа. А мне это не понять, ведь мы с  мужем не сидели на месте и много путешествовали, да работали на разных местах. Так что в результате я осталась одна, хотя и с домом полным диковинок, да финансовой возможностью беззаботно жить.
Старушка грустно улыбнулась девушке
-Но иногда так хочется, особенно по ночам, выпить того вкусного чая, что делал мой муж. Хотя я знаю, что не он его изготовлял и компоновал да смешивал, но когда Ильмин протягивал мне чашку этого чаю с медовыми коврижками, я была счастлива как никто. Но я осталась одна, а в тот волшебный домик так далеко идти..
Вдохнув, седоволосая дама расправила мелкие складки на своей одежде (верхних слоях) и еще некоторое время оглаживала это место, словно там еще оставались неровности. Рядом слышались голоса и было ясно что в саду становится больше людей. Это было и понятно, ведь уже было позднее утро.
-Ильмин был не красавиц, ты знаешь деточка. И когда я в первый раз его встретила, то даже не заметила. А когда он сделал мне предложение, то только рассмеялась –вдруг начала она рассказывать- Но со временем я поняла, что за ним я буду, как за скалой. Да он и сам весь был как скала или часть чего-то геологического.. И понадобилось время, для того, чтобы понять и постичь первенство красоту внутреннего мира.

14

-Я помню, вы говорили, что вы не учитеель музыки...Но мне этого и не нужно, учиться технике игры не так трудно, а вот учиться складывать музыку куда как сложнее. Выписывать нитками музыки на шелке искусства куда как сложнее...
Ватарэ погладила свою флейту и поднесла к губам, задумавшись на пару мгновений. Хотелось передать то, что она ощущает сейчас, как безудержная веселость сменилась гармоничным покое, как  падают лепестки сливы на водную гладь, как шуршит в траве какой-то мелкий зверек, и все никак не могла выбрать из множества мелодий то самое начало...
А потом осторожно выпустила воздух из карминовых губ в  "горлышко" сяо и закрыла глаза. Тонкие пальчики скользили и перебирали нотные отверстия, сплетая чистые звуки в нечто спокойное, умиротворяющее, тонкое. У нее пока что были проблемы с переходами, она задерживала мелодии, недостаточно быстро выводя их на нужную частоту, оттого музыка казалась чуть сонной и затянутой. Ватарэ это знала, но ничуть не расстраивалась, она  пришла именно для того, чтобы настоятель Рейджин научил ее чувствовать душу флейты, говорить с ней на одном языке и творить с ее помощью чарующе-прекрасные звуки. А пока- она была только ученицей, в который раз за свою жизнь. Девушка сама не заметила, как оказалась под влиянием музыки и стала потихоньку засыпать, при чем в прямом смысле слова : тело еще выдавало звуки, но разум погружался в сладкую обволакивающую дрему. Наверняка потому, что обстановка сейчас была более чем не официальной и доверительной. Служителям принято доверять души, а Белому Монаху, она бы пожалуй и жизнь доверила. Веяло от него какой-то незыблемостью и уверенностью.

15

Монах улыбался слушая Ватарэ, при чем сперва его улыбку вызвали слова девушки.
- Все таки она не по годам мудра. И дело тут, даже не в воспитании. Наверняка в ней сильна эта частица души. Но почему "наверняка"? Оно точно - так и есть. Она ведь актриса при дворе Императора. А туда берут или самых богатых или - лучших. Мне кажется, что в ней слилось и то и другое. Хвала Духам за такой прелестный цветок, - подумал Монах, глядя на то, как девушка пыталась собраться. Наверное сейчас она все так же старалась понять что слышит, понять как выразить в музыке то, что чувствует, все свои тревоги. Но...
Рэйджин слегка наклонил голову вбок, прислушиваясь к музыке. Пусть она и была несколько затянутой... какой-то... вымученной, но это было не совсем то. Звуки красивые, но они не заставляли себя слушать, и вызывали в воображении только какие-то отдельные урывки картин. Как будто Ватарж пыталась в музыке описать только то, что слышит вокруг себя... то о чем "кричит" мир, что слышат и видят абсолютно все, кто хоть немного наблюдателен.
Он снова взглянул на девушку, закрывшую глаза и... ему даже показалось, что та сама начала засыпать. Не удивительно. Наверное, если бы Рэйджин и сам был бы сейчас уставшим - незамедлительно провалился бы в сон.
- Прости, что прерываю, - тихо произнес он, стараясь, чтобы его слова не слишком сильно перекрывали музыку, чтобы не прозвучали слишком резко. - Мне казалось ты пришла сюда учиться, а ни спать, - по-доброму усмехнулся Рэйджин и мягко положил руку на флейту Ватарэ. - Мне кажется я понимаю, в чем твоя проблема, - он даже специально выдержал небольшую паузу, чтобы заинтриговать девушку, чтобы сильнее разжечь в ней интерес к своим словам, чтобы она внимательнее его слушала.
- Ты слушаешь слишком громкий мир и от того получается... красиво, но не достаточно, чтобы тебя с упоением слушали люди вокруг, - сказал он, пусть и немного мягче, но все таки честно. - Ты вся обращаешься в слух и, мне показалось, что это тебе мешает. Реакция замедляется и твои пальцы не успевают за музыкой, которую ты хочешь сыграть. Да и... ты ведь флейту держишь так, как в тебя это... вбивали годами учителя? Возьмись так, чтобы было удобно. Пока что можешь не обращать внимание на то, как это выглядит. Украшательствами можно и потом заняться. Красивая обертка, ведь не значит, что пирожное, оказавшееся в нем тоже столь же вкусное. Потому - не мучай свои руки - они сами должны лечь как нужно, как удобно. И это будет самым правильным. Расслабься, это почти как медитация. Не смотри на то, что вокруг тебя. Здесь нет никаких птиц, трав, деревьев, воды... ничего. Есть только ты и музыка, которая должна идти отсюда, - он положил руку чуть выше груди Ватарэ. В общем-то в пределах приличия. - Поделись с Миром своей музыкой и замен он начнет играть вместе с тобой, дарить тебе свою. А то, что получится в итоге - пусть расскажет твоя флейта, - возможно его такие абстрактные указания могли показаться слишком... туманными, но по крайней мере, это был один из способов забыть обо всем во время игры... забыть о том, что кто-то услышит и осудит. И только тогда может получиться что-то действительно стоящее. Что-то, что будет завораживать и пленять не то что слух, но и целиком сердца и души слушателей.

16

Ватарэ  очнулсь только от голоса настоятеля и тут же себя укорила за такую оплошность, но она просто не смогла противиться такой атмосфере вокруг. Пока Белый Монах делал ей замечания, девушка внимательно слушала, кивала и посматривала на свою флейту.
-Но мне удобно так, настоятель Рейджин, честное слово. Непривычно лишь в первый раз, а потом рука воспринимает это положение нормально. Это как прибыть на новую работы : поначалу странно, но потом привыкаешь как к родному.
Ватарэ улыбнулась, все еще крутя инструмент в руках. Знал бы монах, о чем ее просит, никогда бы такого не сказал...
-Если я сейчас выражу то, что чувствую и переживаю, боюсь, он меня не поймет правильно обидится. Просветленный человек...ему нет дела и переживаний до мирских дел и чувств, он выше этого. Особенно , когда хотят сказать нечто ему лично....
Но флейту к губам все таки поднесла, начав играть по- новой. Она безмерно восхищалась этим человеком, почти физически ощущая восторг от того, что сидит рядом с таким светлым и мудрым человеком, рядом с которым  хочется творить и не огорчают даже неудачи. Это можно было бы даже назвать влюбленностью, в просветление...Но как такое можно сказать монаху?
И все таки, она говорила. играла о своем восхищении и радости, опять так же не очень умело, но старалась, то и дело украдкой смотря на настоятеля. Актриса ожидала, что в любой момент он ее прервет и прочитает проповедь, но светлых речей она не боялась. она боялась больше не играть с ним.

17

- Если бы она только знала, насколько права и нет одновременно, - подумал Монах, выслушав ответ девушки. Да, он воспринял ее слова значительно шире, в сравнении с тем, какой смысл в них вкладывала сама Ватарэ, но так... смотреть глубже, он слишком привык.
- Я понимаю о чем ты, - улыбнулся Рэйджин и стал наблюдать за мелькнувшим по лицу девушки сомнением, а затем и за ее нерешительностью. Похоже, что она очень не хотела его огорчать. Чем-то она ему напоминала сейчас маленького ребенка, но в то же время, во многом, в ее речах звучала мудрость, которой не обладает и иной старец.
Белый монах внимательно вслушивался в мелодию, почему-то воображение подсунуло ему картинку какого-то старого учителя музыки, который сейчас должен ударить хворостиной по рукам девушки за то, что она все еще немного придерживает музыку. Но в этот раз было гораздо лучше, так что Рэйджин даже заслушался. Правда, что-то в этой музыке было странное... Он даже не мог понять что именно, но как-то она звучала... слишком... лично что-ли. Похоже, что Ватарэ пыталась действительно передать свои чувства через музыку, свои эмоции, но что-то ей мешало. Но, Рэйджин не исключал и такой возможности, что это был всего лишь недостаток опыта, нежели что-то еще. По крайней мере, ему бы хотелось думать, что именно в этом и есть основная причина. Потому он медленно кивнул девушке, в знак похвалы и благодарности за такую музыку. Пальцами он начал невольно перебирать четки. Мешать он не хотел и только потому молчал. Да и... Ватарж действительно нужно было всего лишь больше опыта, чтобы ее руки привыкли к инструменту, чтобы она не задумывалась о том куда и когда переставлять пальцы. Нужно чтобы они сами ложились на нужные нотные отверстия, без внимания на то самой Ватарэ. Но этому никак не научить, кроме постоянной практики и, возможно, небольших тренировок для пальцев. Рэйджину в голову пришла интересная идея, которую он обязательно осуществит при следующем занятии с Ватарэ. Все таки, раз его попросили о помощи, то нужно пойти до конца и не останавливаться на пол пути.
А чтобы немного разрядить обстановку и еще больше раскрепостить девушку, Рэйджин повесил четки обратно на руку, на манер браслета (прямо поверх рукава), и поднес к губам свою флейту. Он закрыл глаза, некоторое время прислушиваясь к мелодии Ватарэ, и все таки решил ее немного нарушить... или, скорее - дополнить. Вплести в нее второстепенную тему. В этой музыке Рэйджин просто слушал мир вокруг, и отдавался ему целиком и полностью, не требую ничего взамен. Только свое... Он словно старался сказать всему Миру о том, как сильно любит абсолютно все его проявления, что не боится ничего, что может задеть лично его самого, что никогда не таит обид... словно раскрывал в музыке свой собственный характер. Но в то же время, в ней звучало и что-то еще... словно попытка внушить Ватарэ чувство безопасности. Он воспринимал ее как друга, как светлое существо, которому нечего бояться или стесняться в его присутствии. Он ведь сможет защитить, помочь... понять. Она была ему симпатична как личность и он глубоко уважал ее, просто уже за то, что она есть.
Но в то же время добавилась и определенная тоска... Он ведь скучал по странствиям, путешествиям... трудно после стольких лет проведенных в пути, вдруг взять и осесть в одном единственном месте, да еще взвалить на себя пусть временную, но все таки ношу в виде должности настоятеля Храма Золотого Тигра.
Его флейта звучала совсем иначе, нежели профессиональный и совсем новый инструмент Ватарэ... Она словно была его вторым голосом: тихая, спокойная, явно не срывающаяся на полные свои возможности при удобном случае, даже с легкой хрипотцой, которая ни сколько не портила мелодию, а скорее наоборот, добавляла некую индивидуальность в звуки.

18

- Финансовой возможностью, слова-то какие!  - рассмеялась в ответ девушка. - Эх, завидую я вам. Хотела бы я, чтобы у меня было немножко больше этих самых «финансовых возможностей»… - пробурчала она себе под нос и углубилась в вышивку.
В кроне дерева звонко затенькала какая-то пичужка. Солнце пригревало. Где-то в парке играли на флейте - ветер доносил отдельные ноты, чем-то похожие на пение птицы. Старушка старательно разглаживала юбки.
Когда небольшая, вроде бы, паузы в разговоре стала казаться Нэру неловким молчанием, женщина снова заговорила c искренней теплотой и даже с некоторой гордостью в голосе.  Нэру слушала молча, и немного завидовала, хотя ей и не хотелось в этом признаваться – даже самой себе. Подумаешь, герой, подумаешь, предложение… семья… свой дом…
- Наверное, вы были хорошей парой друг для друга, - вежливо прокомментировала она рассказ собеседницы. А что ей было ещё сказать? Рассказ о других странах был бы для Нэру куда интересней, но прямо сказать об этом было бы грубостью. А ещё интересней был бы рецепт чая. А самое интересное …
- А что такое коврижки? – неожиданно даже для самой себя спросила вдруг девушка. – Раз «медовые», это, наверное, какая-то сладость, да? Я их никогда не пробовала. У нас в деревне любимая сладость была – сухофрукты. Ну, иногда ещё, когда дела совсем хорошо шли, отец привозил из города пряники, но их отдавали самым маленьким… Я их только видела, мне сестренка хвасталась. А попробовать не дала…

19

Женщина только мечтательно улыбнулась на слова девочки о том, какой они с мужем были парой. И на миг ее морщинистое лицо словно изнутри засияло светом юного очарования тех лет. Из сада лилась легкая и приятная мелодия, кто играл.
-..Коврижки? –как бы опомнилась она, переспрашивая- Это такие сладкие, сдобные печенья с орехами и изюмом. Странно, что ты, живя в городе, еще не пробовала их.. Купи как-нибудь на базаре, думаю, ты не пожалеешь.
Последнее было сказано голосом истинного сладкоешки, который делился своим секретом с другим. С родственной душой, так сказать. И женщина снова смолкла, увлекаясь тем, как работает девочка, но потом словно опомнилась
-Ох, что-то засиделась я с тобой, доченька!. -прокрякала она, поднимаясь с места и под хруст старых суставов распрямляясь- Спасибо тебе за чудное утро и да хранит тебя Золотой Тигр!
С этими словами она направилась в сторону тропинки, от которой она углубилась волей случая и случайной встречи

20

Признаться честно, Ватарэ была удивлена тем, что настоятель  решил ее поддержать, ее учителя раньше никогда так не поступали. Вместе с ним, девушка стала играть куда как смелее и даже стала исправлять ошибки техники игры. Она хитро щурилась на монаха и невольно улыбалась, едва не портив весь процесс, но удержаться просто не могла, настолько прониклась озорным духом игры.
-Он необыкновенный человек, такой простой и легкий,  с ним так уютно. О Золотой Тигр, сделай так, чтобы он никогда не ушел от на, пусть наставник Рейджин и дальше радует и просветляет нас своими знаниями и чистотой души...
Тут - то Ата и поняла, что увлекается. Давно казалось бы забытое чувство восторга и непонятного тепла начало разливаться внутри, захотелось прерваться и рассказать все-все,  даже то, что не любила обсуждать с сестрой. Это бы плохой признак, и наверняка, это ее волнение отразилось на последних нотах музыки.  Актриса прекратила играть, несколько секунд просто смотря в пространство перед собой и виновато посмотрела на настоятеля.
-Настоятель Рейджин, я благодарю вас за столь ценный урок...Но мне вспомнилось одно важное дело.Простите мне мою спешку  непочтительность, но мне совершенно необходимо уйти сейчас,- девушка встала и поклонилась, на ходу убирая флейту за пояс,- Да хранит вас Золотой Тигр. Я обязательно загляну к вам еще...И вы мне не откажите в чести присутствовать завтра на празднике в честь Императора.
С этими словами Ватарэ распрощалась и поспешила покинуть сад, подбирая полы широкого легкого платья.
-Мне нужно подумать, мне нужно выбить всю эту дурь из головы. Что это со мной? Никак Мику что-то подсыпала в утренний чай...Кстати о чае...Почему бы нет...

Чайхана "Жасминовый дракон"

21

- И вам спасибо, было приятно поговорить с вами, – улыбнулась девушка, хотя её и расстроило то, что старушка собиралась уйти. – Доброго вам дня.
Женщина направилась прочь с полянки, а Нэру снова  было взялась за вышивку, но настроение работать словно ушло вместе с собеседницей. «С орехами, значит…и с изюмом… ещё и медовые… вкуснотища, наверное, а я и не пробовала… "-  невольно подумала девушка. Наверное, это действительно странно выглядит со стороны. - "Но у меня нет лишних денег на сладости! Я ещё не вернула долг храму, а это - прежде всего! Хотя… я даже не знаю, сколько именно я ещё должна… и… Наверное, если я потрачу парочку - ну, или чуть больше - монет, от этого не будет хуже, ни мне ни Храму… Ведь так?»
Девушка решительно встала на ноги, кое-как собрала вышивание и спрыгнула в комнату. На то чтобы найти спрятанные в тканях на дне сундука деньги и переложить несколько серебряных монет в карман штанов, ушли мгновения; ещё пара минут ушла на то чтобы обуться, кинуть в сумку образцы ниток – все равно идти на базар, ведь так? – и последний законченный платок с вышивкой. В последний момент девушка подхватила из угла бо – не потому что он ей был сильно нужен, или она ждала неприятностей в городе, а просто потому, что так было спокойнее, привычнее, а привычка, как известно, вторая натура.
Наконец, она снова выбралась на лужайку в саду. Её недавняя собеседница как раз покинула лужайку - мелькнул край яркой юбки на повороте тропинки. Нэру со всех ног кинулась следом.
- Подождите!

22

Отошедшая, было, на некоторое расстояние женщина в многослойной одежде, замерла и обернулась. Знакомство ей понравилось и ей было приятно то, что девушка ее окликнула. Хотя это и удивило старую женщину несколько
-Хмм? –удивленно вырвалось у нее, полуобернувшись на оклик, который предназначался явно ей. Хотя он и нагнал ее когда она не ожидала этого.

23

- Постойте, пожалуйста! – крикнула Нэру, увидев, что старушка обернулась. Догнав её, она заговорила быстро-быстро, словно боялась, что женщина уйдет не дослушав, и от волнения даже поймала её за рукав пышного многослойного одеяния.
- Вы знаете, вы так вкусно про эти сладости и про чай рассказывали, что мне прямо завидно стало! И я вот подумала, это и правда, ну ни в какие ворота не лезет, что я в городе третий год живу, а до сих пор их не пробовала, чем же я сестренкам похвастаюсь, когда домой вернусь? – она постаралась мило, как младшие сестрички, улыбнуться. Сама она никогда не могла устоять перед такой обезоруживающей улыбкой, может и собеседница растает? - И я решила, это надо срочно исправить! В конце-концов, у меня день рожденья недавно был, могу же я сделать себе маленький запоздалый подарок… Вы не составите мне компанию? У меня, конечно, не очень много денег, но я буду рада угостить вас чаем, а вы, наверняка, знаете, где тут можно купить самые вкусные кчайности, и где подают хороший чай…
Тут Нэру заметила, что все ещё держит женщину за рукав, более того, ещё и машинально дергает его, как маленькие капризные дети тянут мать за подол. Смутившись, девушка выпустила ткань и спрятала руки за спину.
- Извините. Я, кажется, слишком навязываюсь.

24

Рэйджин оборвал мелодию не так резко, как Ватарэ, и все таки, хоть и оставил в ней некоторую недосказанность, но все таки - это была скорее интригующая недосказанность, нежели простой непонятный обрыв музыки "на самом интересном месте". Он взглянул на Ватарэ и, ему показалось, что девушка буквально сияет изнутри. Когда она играла, у него были некоторые мысли на счет того, как бы ей помочь в обучении и, похоже, идея пришла сама собой. Жаль только, что Ватарэ собралась уходить. Слишком мало времени им удалось пообщаться, не говоря уже о том, чтобы успеть ее хоть чему-то научить. Было как-то даже странно видеть, как девушка буквально ловит каждое его слово, словно он был не простым монахом, а самим Золотым Тигром. С одной стороны, это было приятно, но с другой - это был очень сильный толчок в сторону излишней горделивости. Правда оную Рэйджин сразу же в себе задушил на корню.
- Разумеется - я обязательно приду на праздник, - улыбнулся Монах, у которого, в общем-то и выбора-то особенного не было. Даже если бы он не хотел туда идти - все равно пришлось бы, как настоятель Храма он просто обязан там появиться. Да и Император, вроде бы не был таким уж деспотом и тираном, чтобы от него отворачивались Духи. - Раз надо - конечно беги, Ватарэ, - он еще раз улыбнулся, явно показывая, что совершенно не обижается за то, что она решила вот так вот срочно куда-то уйти. Дела есть дела и их необходимо сделать. Он это прекрасно понимал, потому не собирался задерживать Ватарэ лишний раз. К тому же - это было бы верхом неуважения с его стороны.
Он проводил взглядом девушку, немного посидел на скамейке, после чего убрал за пояс флейту и опираясь на бамбуковый посох направился на небольшую прогулку по саду. Все таки так он мог хоть немного утолить свою тоску по путешествиям. Вот только далеко ему уйти не удалось. Где-то совсем рядом он услышал знакомый голос и крик "подождите" а за следующим изгибом дорожки увидел подбежавшую к пожилой женщине девушку... из Храма... Которая что-то щебетала горожанке.
- Надеюсь она не приносит никаких проблем или неудобств этой женщине, - подумал Рэйджин, внимательно наблюдая за происходящим, но, вот умильная улыбка не сходила с его губ. Все таки такое не каждый день увидишь.

25

Женщина с умилением смотрела в эти ясные глаза и сладкую улыбку. Какая же она милая, эта девчушка. как бы она сама хотела. чтобы у нее была такая внучка или дочка, на радость и компанию. Но Золотой тигр не смог им ничем помочь, а чета поняла что такова их судьба и с улыбкой приняли ее, изливая свою любовь друг на друга тогда в еще большей мере.
-Ох, разу  тебя был недавно такой замечательный праздник, то ты и в правду должно это как-то отметить. Но составить тебе компанию я  не смогу, так как ноги и силы уже не те. Ходить могу только вот сюда до сада, а в остальном - мне помогают. Но я  тебе расскажу всю правду и то как быть лучше.
Присаживаться она не собиралась. они и так были одни сейчас
-Для начала иди на базар и зайди в ряды сладких сладостей, там у многих продаются разного рода коврижки. Но бери не меньше двух. Попроси обмазать их медом и завернуть в специальные широкие листья, а потом положи их в сумку и можешь идти. Идти тебе придется не так уж и далеко. -объясняла она. Но тут она уловила какой-то звук и оглянувшись, расплылась в улыбке. А как еще должна реагировать одна из верующих, при виде настоятеля храма.
-Ох, здравствуйте, Рэйджин Дзышень. Как приятно вас видеть!. -искренне сказала она.

26

Нэру внимательно слушала объяснения старушки, стараясь все запомнить поточнее. Обидно, конечно, что женщина не пойдет с ней на базар, но это ничего, сначала она дослушает про сладости с чаем, а потом спросит, как же зовут её милую собеседницу и где она живет, и обязательно придет к ней потом в гости с коврижками. Главное, коврижки купить!
Но тут старушка оглянулась на звук шагов, прервав свои объяснения. Нэру тоже подсмотрела в ту сторону… К ним спокойной походкой уверенного в себе человека подошел гладко выбритый мужчина в белых одеждах с посохом в руке.
«Ой…»
Онэруве пока не доводилось лично общаться с настоятелем Храма, но она уже была наслышана о нем от других служителей, и пару раз мельком видела в Храме. Может, конечно, это и не он, но вряд ли в городе так уж много монахов в белом, и тем более вряд ли один из них выбрал именно этот момент, чтобы прогуляться в саду под стенами Храма… А она, получается, только что чуть не сбежала без спросу, и поймана на «месте преступления». Нэру почувствовала, что неудержимо заливается краской. Кажется, даже кончики ушей покраснели…
-Ох, здравствуйте, Рэйджин Дзышень. Как приятно вас видеть! – Поздоровалась старушка, окончательно лишив девушку сомнений – перед ней стоял настоятель.
- Добрый день, господин настоятель, - поздоровалась девушка, попытавшись уважительно поклонится старшему, и чуть не уронив при этом посох. Сумка сползла с плеча и повисла на руке. Получилось не уважительно, а как-то глупо. Девушка кое-как вернула на место сумку, и замерла, глядя себе под ноги, не зная, что делать, то ли уже оправдываться, то ли попытаться сделать вид, что она тут с чьего-нибудь разрешения.

27

Рэйджин не хотел мешать разговору, просто проходя мимо, его заинтересовала такая картина. Все таки, совать свой нос в чужие дела не стоит вот так просто, но... кошачье любопытство...
- Доброго дня, - спокойно ответил Рэйджин с умиротворенной улыбкой и поклонился в ответ на приветствие как женщины, так и юной девушки из храма. Странно, с чего она вдруг так раскраснелась вся? - Прошу прощения, если я помешал вашему разговору, - извинился он, в надежде, что все таки действительно его простят. Хотя... зная людей он понимал, что не простить его просто не могут. Знание того, что он монах, а здесь, еще и настоятель Храма... Это накладывало определенный отпечаток, который был Монаху совершенно не нужен. На него смотрели здесь как на мудреца, просто потому, что он был настоятелем... но ведь никто даже не знает, таков-ли он на самом деле. И мало кого это волновало, судя по всему. К тому же... как казалось самому Рэйджину, прихожане излишне его превозносили. А ведь его дело малое - всего лишь следить за порядком в Храме и делить знаниями и мудростью с теми, кто того пожелает.
- Надеюсь, здесь ничего не случилось? - спросил он. - Я шел мимо и услышал окрик...
- О Духи... почему так глупо получилось? Наверняка ведь у них здесь все в порядке и просто общались, а я влез зачем-то... - мысленно поругал себя Монах.

28

Старушка светилась благоговением и довольством. Естественно, ведь столь приятный день выдался, а тут еще и диалог с настоятелем. Лучше этого может быть только открытие каких-то из своих радостей жизни для того, кто их ранее не пробовал. Чтобы и он (она) в дальнейшем таким же наслаждался.
-Что вы-что вы.. –добродушно улыбнулась он в ответ на слова настоятеля.- Я рассказывала этой милой девушке о том какой замечательный чай есть у меня, оставшийся в специальном ларце, еще с времен когда мой муж был жив. И какие были вкусные с ним коврижки. А теперь рассказываю, где их можно купить, и можно идти ко мне, пить с ними чай. Но перед этим – придется пойти на большой базар… Правда она очаровательная девушка?
Старушка хитро подмигнула Онэруве.
-А живу я – на самой окраине Нового города, буквально в начале старого города.  Там расположен мой тихий белый домик.. -как бы продолжила он девушке.

29

Доброжелательное выражение лица настоятеля немного успокоило девушку, как и тот факт, что он не накинулся на неё с вопросами, почему она без дела носится по саду и кричит на мирных прохожих. Однако краска с лица сходить почему-то не торопилась. «Что же делать-то… Соврать? Или все-таки спросить разрешения? Вряд ли он запретит, я думаю… А врать – дурно...»
- Простите, это я кричала. Надеюсь, мой окрик не отвлек вас от чего-то важного, - тихо сказала девушка, и прислушалась к словам женщины.
Та хитро подмигнула.
Нэру от неожиданности моргнула. Как-то она не ожидала от такой солидной на вид женщины такого… девчачьего хулиганства. «Может, показалось? Да вроде бы нет…» Она неуверенно кивнула в ответ.
- На окраине… Так далеко от храма я почти не уходила, я плохо ориентируюсь в той части города. Если вы поподробнее расскажете как найти ваш дом, я буду рада прийти к вам в гости. Не с пустыми руками, конечно, - она заговорщицки улыбнулась и тоже подмигнула, а потом снова стала серьезной. – Если, конечно, господин настоятель, - она повернулась к монаху, - вы не против моей отлучки из Храма.

30

Смотреть на столь милую беседу между молодой девушкой и пожилой женщиной было сущим удовольствием. Сразу же вспоминались дни былой юности, когда сам Рэйджин мог себе позволить разговаривать вот так же озорно и без всяких лишних обиняков. Хотя, конечно, ему никто и не мешал этого делать и сейчас, но, к сожалению, статус настоятеля храма налагал слишком большие ограничения.
- Не волнуйся, все в порядке. Меня ты уж точно ни от чего важного отвлечь не могла, а эта милая женщина, судя по всему просто приглашает тебя к себе домой на чаепитие, - улыбнулся Монах и присел перед девушкой на корточки, глядя той в глаза. - От такого приглашения нельзя отказываться, если, конечно, ты не хочешь обидеть хозяйку, - он не менее хитро подмигнул девушке и улыбнулся. - Если хочешь, у меня есть немного времени - я мог бы тебя проводить на базар, а потом и помочь найти нужный дом. Да и... гулять по городу одной, когда не знаешь куда идти - не лучшая затея, наверное, - Рэйджин откровенно предлагал свою помощь в поисках нужного дома, да и побыть проводником он тоже был бы очень не против. Он уже начинал скучать по долгим прогулкам, а облениться в такой спокойной обстановке он совершенно не желал. Да и тело нужно поддерживать в тонусе не только медитациями и тренировками, но вполне обычными действиями, такими как долгие пешие прогулки. По крайней мере, раз уж у него на неопределенное время больше нет возможности отправиться в очередное затяжное путешествие по южной части Меридиана. В гости он напрашиваться не собирался и вообще в его планы входило только довести до хозяйки Онэруве и вернуться обратно в храм, или погулять по Старому городу, например. Там бы многие обрадовались, наверное, увидеть настоятеля местного Храма.


Вы здесь » Меридиан » Новый город » Публичный сад Тигра