Меридиан

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Меридиан » Район среднего сословия. Бордель "Sea Brilliants" » Комната Альмерии


Комната Альмерии

Сообщений 1 страница 30 из 42

1

Большая и просторная комната. Хорошо освещенная, но чаще всего свет приглушен тяжелыми шторами создавая в аппартаментах приятный полумрак.
http://i026.radikal.ru/1106/c4/9e080f2b4b4a.jpg
Ванная. Имеется душ и все что должно быть в ванной комнате, но без излишков.
http://i009.radikal.ru/0806/83/f152532d56d7.jpg

2

>>> Зал борделя

Лука честно старался не торопить Амнезию, так как понимал что парень крайне не привычен ходить в обуви и одежде юга, и он очень старался придерживать того за талию. Но ведь никто ж не подумал, что волк ради него, же старается.
«Блин ну что же ты вертишься и дергаешься?!», - раздраженно подумал волк, цепляя русалку за пояс пальцами. Правда он и подумать не мог, что когда они пойдут по лестнице, тот оступится при очередной попытке оглянуться на ламию. Вот уж не предполагал оборотень, что тот так привязан к девушке. И оступившегося парня быстро поймал, а не держи того, летел бы водоплавающий на пол с лестницы. По чести говоря, у самого Лу аж сердце в пятки ушло, вот чего-чего, а чтобы русал поранился он совсем не хотел. Как бы то ни было странно, но само по себе Лу чувствовал некую приязнь к юноше, с чего бы конечно не понимал, но сути дела это не меняло.
-Ты как? Ничего не болит, - Лу посмотрел в глаза Амнезии, не скрывая искреннего беспокойства о парнишке, - Черт, извини… Но какого ж ты крутишься так, особенно вышагивая в обуви и одежде которую даже не носил раньше, думаешь это шутки шутить?,- Лу присел перед русалкой на одно колено, уже второй раз за день, и начал осторожно ощупывать ногу юноши, опухать стало моментально, таки слегка вывихнул, - У тебя вывих не большой… - Аль поднял глаза на русала, - Сильно болит? Хотя глупый вопрос, конечно, - оборотень выпрямился и не долго думая подхватил Амнезию на руки, - только пожалуйста не дергайся снова… Идти тебе будет тяжело, послушай здравый смысл.
И закончив на этом тираду, Лука пошел в сторону кабинета Дориана, на самом деле он мог найти комнату свою и без Амнезии, но природная вредность волка заставила тащить за собой этого врединку.
Найдя комнату, Лу осторожно повернул ручку, и как не странно она поддалась ему.
-Сначала комнаты не закрываются? – Спросил волк, входя просто в шикарнейшую комнату и внося туда русалочку, - В жизни не видел ничего столь шикарного, а уж тем более не жил в таких апартаментах, - Проговорил все так же держа ношу на руках. – Ты наверное сесть хочешь? – и Лука понес парня к креслу, осторожно усаживая его в него, схватил с кровати подушку и подложил под ногу, - Наверное лед надо? У вас же регенерация не такая как у оборотней, да?

3

>>> Зал борделя

Весь этот идиотизм с утаскиванием и тд закончился весьма сее плачевно. Амнезия все же оступился так, что его пришлось ловить, как какую-то дамочку. Когда он попытался наступить на ногу, вырвалось невнятное: оу. Тело вопило, что это "оу" не спроста. Да и голень стала немножко опухать. К моменту, когда паника окончательно дошла до затуманенного наркотиками мозга, Лука уже подхватил хоста и понес куда-то.
- Да что ты творишь, блохастый....- уже чуть ли не беспомощно пробормотал русал, ощущая себя чуть ли не девицей, которую волокут... в спальню????
- Да уж.... будь любезен, усади.... Предаваться восторгам о комнате можешь потом, подумай лучше сейчас, что ты можешь оставить меня без работы на несколько дней.
Руни поднял глаза на парня и нахмурился.
- Моя регенерация такая же как и человеческая. Да. Мне больно. Да. Мне нужен лед. Правило номер один - выполнять желание клиента. и НИКОГДА не делать что-то против его воли, как ты сделал со мной, когда потащил сюда. Обучение началось. Неси лед или холодное полотенце.... А мне пока понадобится обезболивающее...
Парень полез в рукав кимоно доставая маленький медальон, который убрал туда недавно. Внутри был наркотик. Наркотик, большей частью которого был опий и морфин. Должно было притупить все физические ощущения. правда тогда закончится действие этого наркотика, что дал Дори. Потому что, казалось, оно влияет именн на тело. Становилось жарковато. И как-то кончики пальцев чувствовали резную поверхность медальона удивительно необычно и остро.
Острый ноготок с щелчком открыл медальон, а хост встретился взглядом с волком.
- Морфий. Убьет боль,- как-то локанично пояснил парень, ища в рукаве стеклянную трубочку. которой там не было. Глаза же никак не удавалось отвести от двух изумрудов, что сверлили его взглядом. Это было как-то...
"Прикосновение взглядом.... наркотик так действует?...." - размышлял про себя русал, стараясь контролировать дыхание, которое на мгновение сбилось.

Отредактировано AmnesiA (2012-06-28 23:09:05)

4

Пропускать мимо ушей оскорбления русалки уже вошло у Луки в привычку, надо отметить, что положительную привычку, ведь если бы волк начал обращать на них внимание, это могло бы иметь крайне не приятные для водоплавающего последствия. Ведь если волк обидится или того хуже разозлится, то явно попробует поскоблить чешуйчатый хвост амфибии.
-Без работы? – усмехнулся волк, разгибая спину, после того как наклонялся подложить под ушибленную ногу подушку, - Кажется у тебя появилась масса работы в лице меня, так что есть ли тебе смысл жаловаться на отсутствие работы? – Фыркнул оборотень, - А не беспокоишься ли ты только из-за того что с подвернутой ножкой шибко трудно плясать вокруг начальника и лизать его пальцы? Что ублажать Дориана трудоемкая работенка? – не скрывая сарказма, спросил волк, отходя на поиски льда.
Искать что-то в новом месте было трудновато, потому Лука просто предположил, что лед можно найти там, где находится бар. Бар же был аккуратно встроен в стену, и что больше всего удивило волка, что в нем была маленькая морозилочка, в которой действительно хранился лед.
«Вот уж чудеса техники»,- фыркнул про себя Альмерия, достал платок и положил туда немного кубиков, завязал уголки платка, на узелки, получив компресс.
Когда же волк вернулся со льдом, в руках русалки уже была какая то дрянь, ненавидел оборотень лекарства, а особенно с содержанием наркотиков, да и если присмотреться глаза русалки итак не вызывали доверия, да и какая то благосклонная болтливость появилось, что в принципе была тому еще пока не свойственна.
-Тц, отдай эту гадость, - Лука бесцеремонно вырвал из руки медальон и сунул в свой карман, присаживаясь на корточки перед Амнезией, - Бесит все это… Если так уж дико больно кусай меня и терпи. Ты мужик или причиндалы между ног просто украшением болтаются? – ворчал оборотень, прикладывая лед к опухоли на ноге.
Но между тем Лу обращался крайне осторожно с ногами русала, откинув в стороны полы киномо, оголяя стройные ноги, он одной рукой прикладывал лед, а другой массировал стопы русалки, все-таки заботливое отношение к раненым еще никто не отменял.

5

Хост вопросительно изогнул бровку.
- Ты - моя работа? Тогда почему-то я не получил оплату вперед. Ноу мани, ноу хани.
А то, что сказал оборотень дальше, заставило снова скрипнуть зубами от злости.
- Послушай, псина ты блохастая. Давай ты не будешь пороть чушь о моих взаимоотношениях с Дорианом. Я тебе уже сказал, что я не сплю с ним. И что бы я не делал - это тебя не касается. Или тебе так неприяно, что твоео обожаемого "братика" кто-то облизнул?
Вырваный медальон на какое-то время породил в глазах панику. А приложенный компресс заставил поморщиться.
- Медальон верни. Обсуждать и осуждать чужой образ жизни. особенно клиента - нельзя. Строго настрого запрещено. еще одно правило. А раз уж я тебя учу, то я сейчас врод твоего клиента. Или клиентки, посему буд любезен и верни мне мою собственность... иначе... ау...
Амнезия вздрогнул, когда Лука прикоснулся к его стопе и начал массировать. Немного больно, но тут другое.
"Дориан... змей проклятый... что ты намешал в этот порошок, что все так остро ощущается...."
на золотистой коже проступил румянец. Буквально на пару секунд.
- Не надо.... отпусти мою ногу... не трогай....- кажется голос предавал и начинал сбиваться

6

Возмущения русалки так же были пропущены мимо ушей, судя по всему у Луки уже вошло в капитальную привычку полностью игнорировать слова, слетающие с красиво очерченных губ хоста-секретаря. А смысл? Смысл реагировать на то что не считал достойным своего внимания. Ну, говорит он, пусть говорит дальше, коли ему от этого легче становится.
Но главным для Альмерии было то что русал как раз то в отличии от него не мог похвастаться подобной выдержкой, и безразличием к брошенным просто в никуда словам.
«Цепляет, да, малыш», - подумал Лука, поднимая глаза на русалку, и разглядывая напряженные черты лица.
-Болит? – безразличным как-то голосом прозвучало,- Ничего, помассируем и пройдет. Но скажи… Что тебе Дориан давал на пальце? – поинтересовался, сощурив глаза волк, подозревая друга не в очень хорошем увлечении.
«Неужели он подкармливает своих хостов наркотиками?» - если быть честным Альмерия не обрадовался этой мысли, но и осуждать ламию, решиться не мог, потому что, ни в чем не был уверен, да и просто не мог, ведь именно Дориан заботился о сироте.
-Мне в принципе все равно облизывал ты его или нет и сколько раз, другое интересно, ты что на наркотиках сидишь? – Лука выпрямился и наклонился к парню, низко, лицом к лицу. Прикрыл глаза и просто стал принюхиваться. Но ничего не чувствовал. Но глаза и реакция русалки, все говорило о том что, где-то точно есть подвох. Приоткрыл слегка глаза и покосился на Амнезию.
-Что ты пробовал? - тихо поинтересовался, и усмехнулся, снова опустился на колено и начал массировать ноги, только вот реагировал на по сути совершенно безобидные прикосновения русал очень уж активно.
-Афрозодиак? – изогнув бровь, поинтересовался волк, косясь на пах юноши, проверяя свою гипотезу, начиная скользить подушечками пальцев от лодыжки до колен, от колен к бедрам, забираясь под ткань одежд, а губами прикрыв глаза коснулся совсем легко и невесомо колена юноши. Было крайне интересно, отреагирует или нет. И как… Если под действием афрозодиаков, то результат будет видим и очевиден.

7

- Какая к черту разница что он мне давал?- снова раздраженно прошипел хост, пытаясь без лишних болевых ощущений высвободить свою ногу из излишне горячих рук.
В этот момент Лука приподнялся и уткнулся практически нос в нос с парнем. Вот это стало шоком. Амнезия даже дышать перестал. Дышать и думать. Он просто слегка боялся того, что может случиться. Кто знает, что псине в голову придет? А вдруг цапнет внезапно? За нос? А потом 40 уколов от бешенства обеспечены.... Но эта псина банально начала... обнюхивать, прикрыв глаза. вот уж это стало откровенным шоком. Таким шоком, что Руни даже забыл ответить, когда начался допрос про наркотики. И не мудрено! Вас когда-нибудь обнюхивал ждоровенный мужик с задатками Ганибала Лектора?
Правда долго прибывать в шоке не удалось. Допрос продолжился, но уже с более жестокими методами. Русал аж вжался в спинку кресло, плотно смыкая длинные ноги и пытаясь подрагивающими прохладными пальцами убрать руки оборотня со своих бедер.
- Не знаю я что там было.... прекрати...
Пытаясь отчаянно не краснеть и не дрожать от каждого прикосновения, русал не сдержал лишь один маленкий полувздох-полустон, который особым тихим переливом русалочьего голоса прошелестел в воздухе, когда легкое касание губ к колену имело место быть.
- ....стой....
Сейчас как никогда нужна была вода. Вода и хвост. Это был прекраснейший способ избавиться от того, что разбудили прикосновения.

Отредактировано AmnesiA (2012-06-29 17:32:05)

8

Тонкий шелк прохладной кожи был для Луки приятным сюрпризом, хотя что уж тут было удивляться, прикасался то оборотень не к простому человеку, а к русалке, необычному существу о котором все говорят как о губительно красивых представителях этого мира с просто непередаваемо красивыми волшебными голосами. Куда уж было например коже грубого оборотня сравниться с почти прозрачной кожей русалки? Никакого сравнения тут и быть не должно было.
Наверное, именно по этому Луке было так сложно отнять руки от бедер Амнезии. Наверное, именно поэтому хотелось снова и снова коснуться губами приятной на ощупь коленочки. Разумом то Лу понимал что ему надо то только просто поиздеваться над русалкой и выяснить под чем находится тот, а вот инстинкты мужика требовали продолжения банкета. А у мужика который давно не занимался сексом все инстинкты обострены больше не куда. А Лу был именно мужиком, с обычными потребностями. И когда он видит и касается чего то возбуждающего. О да, русалка возбуждала как же можно игнорировать такую кожу, такое личико прекрасное, такие стройные ножки, нельзя игнорировать. Так вот, возбуждающий объект был не просто перед ним, он был уже под его лапами, да и сопротивлялся как то шибко слабо. И стон… О боже, этот стон ласкал таки прямо слух оборотня, хотелось услышать еще, а потом еще, и в разных тональностях. Но разум коротко вякал о том что если пойдет на поводу инстинктов, да получит то что хочет, удовлетворит похоть, но к тому же обретет врага в лице русалки. И их забавные стычки превратятся в настоящую войну, а вот это Альмерия уже не любил.
Война желаний тела и разума, страшная на самом деле вещь, и пока военные действия разрывали волка изнутри, Альмерия поднял взгляд на Амнезию. Было в нем сейчас что-то невероятно милое, даже, наверное, можно сказать беззащитное, и такое притягательное. Волка чисто по-мужски тянуло сейчас к нему. Он будил не только простое животное желание в оборотне, а так же Лу хотелось, чтобы и тот получил удовольствие расслабился. И в этот момент, кажется, разум волка принял поражение, а похоть ликовала.
Прикосновения продолжились, губы волка соскользнули с колена ближе к внутренней части бедер, напряженным горячим  кончиком языка волк прочертил на коже влажную полосу, а затем начал ее целовать, не чувствуя должного сопротивления.
Стоило, конечно, подумать о том что он сейчас пользуется ситуацией, ведь знает же что Амнезия как минимум накачан афрозодиаком.
«К черту»,-  послал сам себя, и свои мысли Аль, и обхватив ладонями колени русалки резко развел их в стороны, тут же становясь на колени между стройных бедер. Потянулся к русалке, быстро, неожиданно. Протянул руку и запутал пальцы в прекрасных бирюзовых волосах, слегка подтянул к себе и запечатал его губы чувственным поцелуем, ему не нужно было чтобы русалка быстро пришел в себя, именно по этому он целовал его горячо, властно. Соблазняя прикосновениями, даря русалу свой самый искусный поцелуй, желая разжечь в том то же пламя похоти что бушевало и в волке.
«Просто секс, ничего более», - промелькнуло в мозгах, вместе с надеждой на то что Амнезия тоже подумает нечто подобное сейчас, или уж по утру. Какая ж разница?

9

Сопротивление - великая вещь, когда оно реально. И когда нет еще целой кучи факторов. Легкое головокружение после последнего наркотика, помноженное на алкоголь в крови и возбуждение сейчас - все это банально не оставляло шансов на сопротивление. Хотя Руни честно пытался. Пытался одернуть полу кимоно, когда влажный язык заскользил по его бедру. Пытался даже ноги свести, едва их рывком раздвинули. А в результате вышло, что банально зажал своими ножками оборотня, который уже устроился между ними.
Амнезия замер. Казалось последующие пара секунд в его виденьи были бесконечны. Как в каком-то кино. Пальцы, скользнувшие  в волосы, медленно разширяющиеся зрачки бирюзовых глаз при приближении лица волка. Мягкий рывок к себе, и выскользнувшая из прически одна из многочисленных красивых шпилек. В момент, когда она глухо шлепнулась о мягкий ковер, губы русалки уже распахнулись, поддаваясь под натиском чужих и настойчивых губ.
Руни едва ли не застонал в губы парня, потому что организм весьма определенно отреагировал на подобное фиерией ощущений и четким желанием.
Будь сейчас хост хотя бы не под действием этого нового творения Дори, он бы уже выходил из этой комнаты, врезав оборотню. Ведь секс последние пару лет стоял на последнем месте в системе потребностей русала. Он даже максимально исключил его даже из работы, лишь иногда поддааясь на настойчивые уговоры за очень круглые суммы. Стоит ли говорить, что для соласия ему все равно надо было быть под наркотиками. Как и сейчас. Вот только Лука не был клиентом. Даже деньги не платил. Но он хотел его. Хотел сильно, до безумия сильно. В каждом двжении сплетающихся языков, в попытке перехватить у волка инициативу, Амнезия ощущал именно силу этого желания.
Руни разорвал поцелуй, заглядывая в глаза парня из под полуопущенных ресниц. Тонкие прохладные пальчики уже легли на пуговицы рубашки оборотня.
- Просто секс... - повторил вслух мысль Луки русал, облизнув раскрасневшиеся губы, которые отвыкли от таких терзаний,- И сделаем вид, что ничего небыло. Личные связи между работниками запрещены... это правило....

10

Сопротивления как такового не последовало, а то что и было, вышло только на руку, оборотню уже готовому на совращение, соблазнение, называйте это как хотите, но мужчина уже наметил себе цель, выбрал самку, так сказать, и начал ее добиваться, то есть идти навстречу поставленной задаче уверенным шагом, уверенного в себе человека. Ну как то не допускалось мысли, что русал может оттолкнуть волка, и отказать ему в удовольствии прикасаться к столь совершенному в плане внешности, о характере он предпочитал не думать, существу.
Да и мысль что это просто секс на раз, грела и тешила. Никаких проблем, обязательств и обещаний. Все-таки Лу был из тех, кто выбирал одного и на всю жизнь, потому и партнеров менял как перчатки, себе говорил, ищу, и получается, до сих пор не было никого кто смог бы украсть сердца волка.
А ножки у русалки были сильные, у даже рычание глухое вырвалось на это, и волосы рыбки сжал в пальцах сильнее, а зубы крепко накрепко впились в нежную мякоть нижней губы, которую после укуса волк облизнул и снова сжал губами не желая отпускать, начиная осторожно терзать, покусываем и посасыванием.
В собственных глазах, кажется, начинало гореть пламя, яркие искорки плясали в зрачках подогреваемые страстным племенем желания.
«Ну вот и славно что наши мысли и желания сходятся», - подумал ост поднимая глаза на Амнезию и просто пожимая плечами, без слов, без каких то глупых и не нужных возмущений или согласий. Нет. Ничего этого ему было не нужно. Была цель. Есть разрешение. Есть желание обладать.
Альмерия положил ладони на бедра русалки и сжав их слегка потянул того вниз. Глупо было сейчас восхвалять в слух красоту того кого он видел перед собой. Глупо тешить самолюбие того кто итак знал что он неотразим внешне. Поэтому Лу молчал. Но это не значило что ему все равно. Глубоко не все равно было видеть эти красные, опухшие губы, одурманенные глаза, поддернутые пленкой желания, яркий румянец выступивший на щеках хоста. Красив. Сказочно красив. Но в глазах волка не было видно восхищения, ничего подобного. За то можно было заметить как из зеленых они стали желтыми и с вертикальными зрачками.
Альмерия сделал глубокий вздох,  опустил с плеч русалки кимоно. Глаза волка блуждали по приоткрытой груди, тонкой линии шеи, выступающим изгибам ключиц. Притягательно, и доступно. Что не могло не радовать.  Оборотень уперся ладонями о подлокотники кресла и нагнулся к шейке русалки, сводя крылья лопаток вместе, напрягая мышцы собственных рук. А горячие губы Луки уже во всю коротко и почти невесомо, щекотя наверное даже, касались шейки Амнезии. Как то неторопливо, действовал оборотень, но от этого его прикосновения не были лишены страсти, даже наоборот, потому что сначала если он и касался мягко и осторожно, то потом поцелуи стали требовательней, и более того острые клыки тоже были пущены в ход. Какое удовольствие было кусать чуткую шейку своей жертвы, водить по ней клыками, и снова целовать, намечая постепенно себе новую территорию на плечах, не упуская их из виду. По плечам, россыпью укусов-поцелуев, к ключицам которые очерчивал кончиком языка. А в голове уже были мысли на тему того что столь вкусной кожи он еще не пробовал никогда.

11

Кажется, страсть начинала вырываться из какого-то внутреннего заточения. Поцелуи уже пошли с укусами, сжимание длинных волос порождало тихие всхлипы, но никак не выходило забрать инициативу хоть ненадолго. Более того, казалось, волк даже специально поменял положение русала на более неудобное, чтобы держать будто в тисках своих рук.
И вот когда Руни уже решил намекнуть об этом, он встретился глазами с потрясающим взглядом. С животным взглядом волчьих глаз. Сейчас можно было бы многое  говорить Луке о том, что с клиентами так лучше не обращаться. Потому что у всех свои предпочтения в этом процессе. Но как-то слова не выходили.
И снова укусы, движения обжигающего языка, которые настолько кружили голову, что ножки, разведенные и обнимающие Альмерию, уже подрагивали в каком-то нетерпении и предвкушении. И каждое прикосновение вознаграждало слух оборотня стонами, тихими и не очень, на разные тональности и столь мелодичными, что можно было заслушаться. Животность этого процесса... это было похлеще афродизиака.
ВОзбуждение уже было довольно болезненным из-за наркотика, но остановить сладкую пытку было слишком нереально.
Покусанные губы снова распахнулись, выпуская стон на грани со вскриком, после особо сильного укуса, который наверняка расцветет алым бутоном где-то на шее, хотя сие было не важно. В ту же секунду цепкие русалочьи пальцы рванули рубашку оборотня за края в разные стороны так что нерастегнутые пуговицы полетели во все стороны.
Прикосновение пальчиками к обжигающей горячей груди.... оставить пару царапин рядом с ореолами темных сосков, до которых так хочется прикоснуться губами...
- ...Еще... - прошетал Руни, притягивая волка ближе к себе, - .... еще, волк... Если не заставишь меня кричать от удовольствия, то не выйдет из тебя хост...
Язык парня коротко прошелся по чужим губам и он легонько прикусил их, перемещаясь с поцелуями на подбородок. В таком положении вообще сложно было что-то делать, но это было неважно. Хотелось получить больше. Намного больше. Ведь кажется в глубине этих золотых глаз скрыался наркотик, который уже проникал в тело Амнезии.

Отредактировано AmnesiA (2012-06-30 20:41:04)

12

Нежная кожа под острыми клыками, дурманящий запах кожи русалочки, его опьяняющие стоны, как в голове оборотня могла остаться хотя бы одна здравая и рассудительная мысль? Нет, волком целиком и полностью овладело желание обладать этим телом, прижимать его к себе, чувствовать не только запахи его парфюма, но и запах его желания, похоти. Лука хотел, чтобы запах их страсти наполнил комнату, чтобы она была отмечена своим новым хозяином. Хотя и не только им.
Руки оборотня соскользнули с подлокотников кресла и крепко обвили тонкий стан русалки, притягивая его к себе ближе, прижимая его бедра с своему животу и слегка прогибая в спинке, пользуясь гибкостью тела Амнезии. А потом губами по груди, поцелуями бабочками, обходя стороной пока бусины сосков парня, кружа вокруг них, целуя кожу, кусая ее, царапая клыками. Сильнее сжимая тиски объятий и иногда, словно встряхивая русалочку, только сильнее вжимая в себя. И уже не понятно кого терзает волк, его или себя. Потому что сердце в груди стонет и рычит от удовольствия, глаза нетерпеливо сверкают, отзываясь на переливы голоса русалки, ну а эрекция уже давно дала о себе знать тяжестью в паху.
Хватай, вали и уже делай свое дело. Но нет, просто хотелось потянуть, просто нравилось, как стонет извивающееся от страсти тело в руках.
Слегка приподнять, посмотреть в глаза и отпустить, ошалеть просто оттого что русал сделал с рубашкой и усмехнуться, на большего голодного волка просто не хватило.
С рычанием он сорвал с кресла русалку и буквально плюхнул на ковер из шерсти, причем настолько неосторожно что из прически русала судя по всему вылетело еще пара-тройка шпилек и сейчас по светлой шкуре волнами рассыпались и извивались ниточки прекрасных бирюзовых волос.
«Прекрасен», - подумал коротко волк, возвышаясь над Амнезией, и смотря на него животными волчьими глазами, - «Доступен и прекрасен».
Альмерия коротко вздохнул, мотнул головой, и крепко схватив за полы кимоно, впиваясь в тонкую ткань ногтями, рванул в стороны, открывая своему взору подтянутый живот, стройные бедра, длинные ноги. Оставалось только задаваться вопросом, насколько прекрасными могут быть эти создания? Насколько совершенными? Недаром они погубили столько душ за свою историю.
Лука стянул со своих плеч рубашку и откинул ее в сторону, глянул исподлобья наклоняясь к животу русалки на его личико. Говорить не хотел, но вызов волк принял.
Сначала как то кончиком носа повел по самому центру животика русалки, слегка нажимая, а дойдя до пупка поцеловал и собирая кожу зубами укусил, коротко, начиная только ласки, начиная только свою игру. А потом разошелся, кончиком языка начал рисовать узоры на плоском животе, по гладкой, упругой коже. Языком, кончиком носа, губами клыками, рисовал невидимую картину прикосновений и только на боках русалки оставлял отметки после клыков и укусов. Пробовал на вкус и наслаждался. Волку нравилось в Амнезии абсолютно все. В таком как сейчас. Открытом, желающем, таком послушном, и одновременно страстном. И почему то подумалось что попробовав такого парня раз никогда не сможешь им насытиться.

13

Красив... Красив как дьявол и так же притягателен сексуально. Был ли иной этому афродизиак? Пожалуй сейчас Амнезия врятли бы смог ответить. Да и было ли это нужно, когда в висках кровь пульсировала в одном только ритме: "возьми, возьми, возьми". И каждый раз стречаясь взглядом с волчьими глазами сердце замирало, как перед прыжком в бездну, а сам хост начинал дрожать от переполняющего его возбуждения.
Порванная рубашка возымела неплохое действие. Русалку швырули на ковер, попортив еще на несколько пунктов прическу. Хотя небрежная растрепанность тоже имела свою привлекательность. Особенно при том уровне уже ставшим болезненным возбуждении.
А оборотень все продолжал издеватся, не прекращая украшать тело Руни новыми следами укусов и поцелуев, о которых сейчас русал слава богу не думал. Ибо все мысли стройными колоннами покинули борт корабля, носящего скромное название "разум". Вот потом он будет в шоке. Но не сейчас.
Всхлипывать и постанывать уже не хватало сил. Секс с мужчинами был менее частым гостем в жизни парня, чем секс с женщинами. Да и последнии эпизоды сминания простыней тоже были с особями женского пола. А здесь... здесь не оставалось сомнений, кто загробастает себе роль верхнего в грядущем событии. И прижатый к мягкому ковру хост ни сколько не был против.
Тонкие пальчики потянулись к лицу оборотня, приподнимая его за подбородок, одновременно на локте второй руки чуть-чуть привставая на ковре.
- ...быстрее...- буквально прошептали одни губы. Быть может голос и был, но он будто слился с тяжелым дыханием юноши, что сейчас чуть сильнее развел ноги. Так плавно и мягко.
- ... трахни ты уже меня в конце-концов... я больше не могу ждать.... - глаза полные похоти уже были настолько мутными от желания, что терялись очертания зрачка среди всей этой бирюзы.
Лежащий на ковре юноша вылядел сейчас развратнее некуда: распахнутые полы кимоно, разведенные ноги, оголенные плечи и длинная шея, украшенные бесконечными следами укусов с засосов, припухшие губы, полуопущенные ресницы. Выбившиеся из прически локоны волос волшебного цвета. И сладкий голос, просящий взять сейчас же.

Отредактировано AmnesiA (2012-07-01 15:26:11)

14

Изнывающее от страсти и наслаждения тело русалки буквально обжигало руки, губы волка. Каждый его стон врезался в тело, заставляя вздрагивать от нетерпения, но выдержка не давала сбоя. Желание попробовать его всего превышало желание взять его прямо тут, прямо сейчас, быстро, может немного грубо, но так, чтобы оба стонали от удовольствия, не смущаясь звуков собственных голосов. А если быть точнее, просто не замечая их. Ведь когда два тела сплетутся в пламенном танце страсти, вокруг ничего не будет волновать, все будет гореть огнем, заражаясь их лихорадкой.
Вздох. Глубже. Захлебываясь воздухом. Прикосновение к коже губами, прикрывая глаза. Запоминая его запах, ощущения под пальцами от поглаживания бархата его кожи. Первый и последний раз, Лука это помнил, и был не против этого. Ничего внутри не скулило на тему того что ему жалко будет расставаться с ощущениями от прикосновений. Но запомнить Амнезию стоило, потому что кто знает, когда еще в руках оборотня будет столь совершенное и прекрасное создание, молящее о том чтобы волк сделал ему хорошо.
Терпение. Не так быстро, и плевать, что сам уже изнывает от желания ворваться в русалочку глубже, но ведь нельзя. Лу подцепил пальцами белье Амнезии и потянул его, стягивая с бедер и стройных ножек, отправляя в полет куда-то себе за спину. А потом ладонями по его ногам, от щиколоток до колен, а там уже по внутренней стороне бедер, слегка царапая ногтями его кожу. То что видел волк заставляло сердце замирать и сжиматься, в голове молоточком стучало «взять, взять, взять».
Нервно облизнул губы, убрал от Амнезии руки и быстро, резко начал расстегивать ремень и пояс, приспустил брюки и белье.
Рывок к себе сжимая и разводя его ягодицы. Движение. Глаза в глаза и тихий стон с губ волка, первый за все время.
Горячо. Узко до безумия. Мышцы плотно сжимают даря невероятное удовольствия, ах дыхание перехватывает и хочется оказаться глубже, глубже.
Ощущения. Ощущения что получал волк говорили о том что Амнезия уже давно не был нижним, ощущения говорили что волку мало просто проникнуть в него, да, хотелось заставить его кричать и извиваться.
Толчок. Глубже. До основания. Замереть и дать почувствовать, ощутить что сам будто расплавляешься в нем, растворяешься, становясь его частичкой.
И дыхание срывается с губ.
В глаза… Смотреть не моргая, не отводя глаз. Ловить его ощущения, чувствовать их кожей в местах соприкосновений, ощущать взглядом.

15

Амнезия глубоко дышал, наблюдая, как оборотень избавляет его от мешающейся детали одежды, а потом торопливо растегивает брюки. Это было достаточно... спонтанно что ли... все, что сейчас происходило. Быстрый секс с максимумом удовольствия и минимумом всякого флаффа. вот и раздеваться до конца Лука тоже не стал, ыполняя просьбу хоста быть быстрее. Вот только сам хост немного забеспокоился, когда возбужденное достоинство волка покинуло свое убежище и предстало своими размерами на обозрение.
"Не выйдет так..." - только и мелькнуло в голове русалки, но было уже слишком поздно.
Проникновение было встречено громким криком. Все тело Амнезии выгнулось. Но только сам Амнезия сейчас не хотел дать понять тому, кто в его тело вошел, что крик был больше боли, а тело выгнулось конвульсивно. Потому что насухую в неподготовленное тело так врываться - это действительно весьма по-животному. Спасало только то, что организм Руни сейчас был перенасыщен накотиками, иначе бы слезы на глазах уже точно были.
- Идиот.... - прошептал парень, обвивая ладонями шею оборотня, - не останавливайся...
Губы сами нашли губы, несдержанно целуя. Лучше так, чем застонать от боли, когда движение возобновится. Вот только без движения было еще больнее. Амнезия девственником не был и знал, что боль уйдет. Нужно только немного потерпеть. Кто же знал что все получится так незапланированно, а член оборотня окажется таким.... ну на самом деле размер русалу безумно понравился.... если бы не насухую...
- Быстрее.... у меня все тело горит... хоть на части меня рви.... но дай мне удовольствие.... - и снова язык с сережкой прошелся по губам Лу, а срывающийся сладкий голос безудержно просил больше.

16

Все-таки поздно сообразил Альмерия, что хост был крайне не подготовлен к такому бесцеремонному проникновению. Было на слуху даже насколько он не подготовлен. Крик русалки буквально врезался в мозг волка, отрезвляя его, заставляя придти в себя и хоть чуточку подумать о том, что он делает. Ведь, в самом деле, его целью было не покалечить хоста, а просто доставив удовольствие получить его и самому, а выходило как то односторонне, что оборотня уже не устраивало на корню. Слегка нахмурившись, Лука сделал вздох, прикрыв глаза.
«Приди в себя идиот, приди, иначе сделаешь из него инвалида, и тогда Дориан точно кого-то кастрирует и отправит туда куда пришел», - повторив так про себя несколько раз, Лу, вроде бы даже пришел в себя, сознание откликнулось на зов, и даже глаза снова приобрели, человеческий вид.
Но тут как-то так вышло, что русалка словно прочел мысли волка, и назвал даже точно так же как Лу сам себя прозвал мгновение назад. Вот уж, в самом деле, космос всем помогает. Но чтобы сейчас не говорил русал Луке было теперь главным не забывать о том, как он все начал, иначе без травм просто может не обойтись. А поцелуй ой как не способствовал сохранению ясного рассудка, особенно тот поцелуй, что дарил Амнезия Альмерии.
«А в общем будь что будет», - подумал волк, и улыбнувшись русалке коротко прошептал, слегка охрипшим голосом:
-Прости, - было за что извиниться и он извинялся, но в голове уже крутились мысли о том как доставить еще удовольствия.
Лу потянулся слегка в сторону и с пола чуть поодаль притянул к себе пару подушек которые он удобно положил Амнезии под поясницу слегка приподнимая его, а там уж широкие и шероховатые ладони легли на бедра, мягко погладили, и сошлись снова на ягодицах, сжал, погладил и слегка еще приподнял для удобства. Сам же волк уже прогнулся к русалке и коротко поцеловав в губы, улыбнулся какой то сволочной улыбочкой, мол будет, только потерпи.
А затем движение, словно волна накатывает, вроде кажется и мягко, вроде кажется не страшно, но на самом деле высокая, сильная и она уносит куда то на глубину, и каждая волна все сильнее и выше, и ее скорость увеличивается и давление.
И у Луки что двигался сердце замирало от удовольствия сплетаться в плавном танце с Амнезией, впитывать его тепло, страсть, растворяться в нем моментами. Крышу снова начинало рвать. Сердце уже того и грозило пробить грудную клетку, а на виске оборотня от напряжения начала биться вздувшаяся венка. И тела уже влажные горячие, потому что ритм меняется. Уже быстрее, уже больше похоже на хаос. И самая лучшая характеристика ощущений от движения словно смерчем сметает. Быстро, глубоко, кажется по самое естество. И до пика удовольствия когда перед глазами темно и тело сотрясает дрожью.

17

Кажется, скрыть боль не удалось. На то он и наполовину животное, чтобы почувствовать подобное изменение... Даже глаза у Луки стали обратно изумрудного цвета травы. Русала это даже как-то расстроило... ему нравилась животность этого взгляда. Она добавляла некоторой остроты ощущениям... Остроты, которой возможно парню действительно давно не хватало. Потому что то, что происходило сейчас вообще вырывалось за рамки его обычного поведения. В этом и был весь кайф.... Нарушить запрет этого места. Нарушить свои личные запреты. Позволить брать себя едва знакомому мужчине, которого хотел убить менее часа назад и готов был поместить в ранг личных врагов. А трахаться с врагом - редкое удовольствие. И не всем доступно.
- Прости...
Руни замер при этом шепоте и, казалось перестал дышать. Воистину, это извинение было более чем неожиданным. Только не от этого несносного волка.
"Дурак...." - мысль не была озвучена. И хорошо что не была. Ибо посетила она его с некоторой нежностью и умилением.
И вот... короткий поцелуй, заботливо подложенные подушки под тонкое тело, и возобновившиеся движения.
Комната снова заполнилась мелодичными стонами, которые отражались от стен, путались в толстых портьерах и оседали сладким инеем на длинном ворсе ковра.
Чем сильнее становились движения, чем больше наращивался темп, тем больше отступала боль, появившаяся в самом начале. Она не ушла, но уже удовольствие накрывало куда сильнее. Еще толчок... Пальцы вцепились в ковер, а сам хост едва ли не вскрикнул. Глубоко... и настолько приятно.... Предельно приятно...  Член уже готов был взорваться от одних только движений внутри тела и как бы не хотелось отсрочить оргазм, возбуждение было уже достаточно болезненным.
Задыхаясь, губы прошептали:
- Сильнее.... дай... мне кончить.... прошу... - и мутный от удовольствия взгляд, который молил о выполнении просьбы.

Отредактировано AmnesiA (2012-07-04 06:37:51)

18

Лука искренне удивлялся себе и своему порыву, слишком уж это было на него не похоже, кидаться вот так на едва знакомого парня, женщины все-таки это одно, парни же совсем иное, тут обычно надо было присматриваться, принюхиваться даже, твое он или не твое, подойдет или не подойдет. А тут просто напросто снесло крышу, и волк даже не думал, что берет юношу, который мог ему на утро выцарапать глаза, или нет, подумал, конечно, но не обратил на это должного внимания. Да и зачем? Иногда все же стоило жить моментом, именно чувствами что нахлынули внезапно и унесли за собой, полностью затыкая любые разумные доводы и предложения. Порой хотелось, чтобы выхода не было. А особенно из таких ситуаций как это.
Просто секс. Просто желание. Жажда утолить голод, и именно с этим существом, сладко стонущим из-за каждого твоего даже малейшего движения, и это опьяняло. Будоражило до такой степени, что в Луке неизбежно снова проснулся зверь, волчье обличие, жаждущее удовольствия, ведомое инстинктами.
Альмерия выскользнул из любовника, прижимая к его губам указательный и средние пальцы, заглушая заранее протест, что может прозвучать. Недолго думая волк просто переворачивает русалку со спины на живот, ставя его на коленочки. Надавив на лопатки, наклонил вперед, что ему это стоило, даже раньше он был намного сильнее рыбки, а сейчас же так и вовсе мог им крутить и вертеть как заблагорассудится. Плавно и медленно ладонью от шеи до копчика, с усмешкой на губах. Что-то говорить, что-то обсуждать, волку это было не надо янтарные глаза сверкали азартом и желанием, и сейчас затуманенное звериное сознание видело перед собой очаровательную самочку, учитывая конечно, что на деле это самец, но положения дел сей факт не менял.
Ладони легли на ягодицы, и уверенно разведя, их волк тут же с влажным шлепком впечатался в русалку набирая темп, ударяясь в него чуть ли не вкладывая в толчки весь вес своего тела.
Удовольствие нарастало, хотелось разрядки, и так чтобы сознание рассыпалось мозаикой по полу, и его было нереально быстро собрать. И чем дальше разум мутнел, тем меньше думал о последствиях волк. Чем меньше волк думал, тем более страстно и необузданно двигался, и на самом пике собственного удовольствия, едва сдерживаемого с громким рычанием волк впился клыками в плавный ми красивый изгиб, переход шеи к плечу. До крови, наслаждаясь пьянящим удовольствие и вкусом крови русалки.

19

Звуки постепенно уже начали отступать как таковые, сливаясь в нечто общее и невнятное за гулом в ушах, от пульсирующей от возбуждения крови. И вот, казалось, что момент развязки уже чертовски близок, но своенравный оборотень покинул тело парня, отчего все существо русала воспротивилось мгновенно. Но излить это в речи он не успел. Слегка шероховатая кожа пальцев оборотня пресекла это желание. А вот воспротивиться своему желанию тут же коснуться этих пальцев губами, языком... этого Амнезия уже не мог. Но успел лишь провести по ним влажным языком, как и эту игрушку отняли.
Мгновение и сильные руки с легкостью перевернули его на живот, ставя на колени. Те самые сильные руки, что не так давно вытащили его из кабинета Дориана и кинули на пол. Руки, которые сейчас властно перекинули полы кимоно на одну сторону, и вжали его грудью в пол.
Помнилось, когда-то Руни считал положение нижнего в сексе с мужчиной - весьма унизительным. И порой так и бывало, но на деле выходило, что мужчины готовы были сворачивать горы, унижаться и заваливать подарками, лишь бы перед ними снова покрутили задницей и дали до нее добраться. Скучно. Но сейчас это было далеко не унизительно. И уж точно не скучно. Хост неосознанно трепетал и приходил в какой-то весьма нездоровый восторг от того, что сейчас с ним делали. Оправдывая, правда, перед самим же собой себя тем, что это просто наркотики виноваты, а в обычном состоянии такого бы не случилось. На самом деле он и сам не мог припомнить, когда у него был хоть один день без этой дряни в организме...
Более животной и одновременно более естественной позы для секса двух мужчин не существовало. И едва член снова ворвался в уже алеющее от трения колечко мышц, Амнезия застонал. Движения стали настолько резкими и глубокими, что, не впивайся сейчас железной хваткой волк в бедра русала, наверняка оставляя синяки, тот бы мог упасть. Стоны смешивались с криками. Больно и одновременно невозможно хорошо. На одном из таких движений по телу прошла характерная дрожь, но оргазм получился еще ярче, чем возможно было себе предположить. В момент, когда удовольствие накрыло парня, его шею пронзили клыки, а внутри извергся второй член, заливая теплотой.
Если кому-то доводилось слышать самый яркий оргазм русалочьим голосом, то он бы померк перед тем протяжным стоном уникальной звуковой тональности, что издал в этот момент Амнезия.
Он потерял счет секундам и ударам сердца. Лишь, когда хатка на его бедрах ослабла, он рухнул на ковер на бок, тяжело дыша и все еще мелко подрагивая. Бирюза волос разметалась по серому ворсу ковра, между бедер была видна влажная белая дорожка спермы, не удержавшейся в теле, а собственная же блестела на банте оби.

20

Никогда. Никогда в жизни у Луки не было подобного. И он даже не представлял, что именно делало этот секс таким особенным. То ли то, что держал в руках безупречное тело русалки, то ли его голос так околдовывал волка, что он терялся в себе, окончательно запутывался в собственном сознании. Это таким образом русалки голосом похищают души заблудившихся моряков. На самом деле это было немного страшно. То что крики удовольствия в ушах казались самой прекрасной в мире музыкой, которую когда либо только слышал оборотень, ведь желание послушать ее вновь было само собой разумеющимся. Но ведь все это просто минутный порыв, это только на один раз. И в следующий раз кто-то другой уже будет наслаждаться этими звуками, и терять от них рассудок. Под кожей где то от осознания этого факта прошла волна легкого бешенства, заставляя оборотня встряхнуть головой. От оргазма мысли явно пошли, куда-то не в то русло.  Не правильные мысли, глупые желания. Это просто воздействие момента, это просто кожей еще чувствуешь кожу лежащего перед тобой парня. Просто до сих пор ощущаешь запах его тела, его удовольствия, страсти. Безумие оргазма все еще не отпускает рассудок. В голове все еще туман.
«Боже,  и что это только было?» - думал Лу, глядя на живописную картину. Он стоит на коленях в приспущенных штанах, а перед ним на бочку лежит тяжело дышащий Амнезия, растрепанный, разморенный удовольствием и все еще такой же притягательный сексуальный. Волосы волнами укрывают шерсть ковра, приоткрытые бедра, живот… Он прекрасен, и этого уже было видимо не изменить, оборотень свыкся с мыслью, что это так, в его глазах он был самым совершенным, даже если это и не было правдой.
По всему телу русалочки были укусы и засосы, а где то синяки от крепкой хватки оборотня, неглубокие царапины от ногтей. И все бедра в синяках, от части жалко было даже. В голове маячила мысль что волк временно «изуродовал» своей страстью прекрасное создание, а с другой стороны ему так нравилось то что он с ним сделал, Амнезии шло вот это все… Придавало какое то особенное очарование, сексуальности. Волк поглядел на бедра, и глубоко вздохнул. На манер «была, не была», потянулся к русалке и начал коротко целуя каждый синяк на боку, и обводя их кончиком языка, параллельно воевать с оби Амнезии. А на это нужно было время. Хотелось освободить русалку от одежды.
Для чего? А вот дальше волк решил не думать, ибо итак было ясно для чего все это. Ночь только начинается. Да, он сначала сделал рыбке больно, но теперь знает, что надо загладить свою вину.
Потому развязав пояс, он снял с русала всю одежду, и уложил на нее стройное тело.
Он не смотрел на него, не смотрел в глаза, потому что не хотел, наверное, увидеть в них запрет на дальнейшие действия, и волку нравилось, что парнишка лежит на боку, это было удобно во всех смыслах.
Поцелуи волка разбегались по всему боку, он только целовал и облизывал, словно и правда это может успокоить и заживить все ссадины и синяки.  Но вот одна рука своевольно поглаживала ягодицу, пальцы скользили между полушарий ягодиц и массировали и разминали влажное колечко мышц, проникали внутрь и мягко вынимались, а за ними вытекало и семя, что было в парне. Сложно было сказать, что это не заводило волка. Заводило, и казалось, что ему вот-вот снова не хватит выдержки, но надо было собраться, сначала разжечь огонек в груди любовника, а там будь что будет. А пока нежно, осторожно и вкрадчиво подбивать клинья к нему.

21

Амнезия лежал и пытался успокоить бешеный ритм, который отбивало его сердце... за что же так быстро оно билось....
Мутные от удовольствия глаза смотрели вникуда. Просто не осознавая что сейчас вообще происходит. Ровно до момента странных поцелуев... Лука целовал его тело, развязывая оби, а Руни искренне сдерживал дрожь в теле, ибо это было действительно приятно. Нежность после животной страсти была контрастной и такой сейчас казалось необходимой. Вот только надо было идти... быстрее бежать отсюда, пока тело еще сдерживалось после недавнего удовольствия и наркотики не бушевали по новой...
"Бежать..." - только и успел подумать русал, когда между его ягодиц проскользнули пальцы.
Судорожный вздох был тут же ответом на прикосновение к месту, которому было слегка больно. И снова губы и язык, на его боку, которые так успокаивающе, будто зализывали раны. Дело в том, что сам Амнезия еще не подозревал какой абзац сейчас с его телом происходит и насколько он сейчас похож на жертву садиста-затейника.
- Аххх.... - стон тут же сорвался с губ, едва пальцы скользнули внутрь. По бедру потекла влага. Волк чистил его. Но от этого хост только заново возбуждался.  Амнезия начал сгибать и поднимать ногу, скрывая свое возрастающее возбуждение, а так же пытаясь соскользнуть с пальцев, которые сам же и сжимал стеночками ануса внутри на каждом движении.

22

Очень не серьезная попытка сбежать была встречена улыбкой. Альмерия даже понимал, откуда был этот порыв, и что было причиной тому. Наверное, для Амнезии то, что сейчас происходило так же было не совсем нормальным, волк даже сказал бы что совсем не нормальным. Теперь-то Лука очень отчетливо понимал, что русал не горазд, раздвигать ножки, да и столь бурная реакция на любые прикосновения. Слишком уж сильная. Вряд ли это только наркотик. Можно было смело предположить, что Амнезия просто отвык чувствовать кого-то кожей, ощущать вот такие прикосновения. А тем более вне рабочих рамок.
«Интересно, какие ощущения получаешь, когда продаешь себя?» - подумал Лу, обводя кончиком языка ореол соска русалки, и вводя в него глубоко пальцы, нащупывая простату и поглаживая ее, - «Теряется ли при этом истинный вкус удовольствия от процесса?» - волк продолжал ласкать русалку, и одновременно коситься на него исподлобья. Эти вопросы были очень уж интересны оборотню. И он их обязательно задаст, зацепит, наверное, конечно парня, но все равно задаст. Позже. Значительно позже. Сейчас его целью были любовные игры, а не болтовня.
Лу старался удержать парня, даже когда тот постанывая пробовал отстраниться. Держать стало своего рода привычкой в этой игре, оставалось только успокаивать себя что насилием это не было, малыш сам согласился. И тем не менее…
А слегка приоткрытые влажные губы волка манили и притягивали. Хотелось прильнуть к ним своими, целовать долго и страстно, покусывая кончик его язычка, посасывая его, лаская своим языком его ротик. Но поцелуй был чем то настолько интимным что волк на самом деле не решался. Вообще он редко целовал любовника на одну ночь, но русала он уже целовал, и хотелось снова. Не малых сил стоило удержаться. Потому что нарушать сразу несколько пунктов своих правил не хотелось, а один ему в любом случае нарушить пришлось бы.
Поцеловав шейку русалки, волк коротко коснулся уголка его губ. Зубы сомкнулись на мочке ушка, а потом волк уложил Амнезию на спинку. Широкие ладони оборотня скользнули по плавному изгибу спины русалки, разминая кожу и мышцы, губы волка медленно покрывали плечи и лопатки поцелуями, обжигали горячим дыханием кожу, и медленно и верно спускались по позвоночнику, а руки уже мяли и поглаживали упругие полушария ягодиц.
Стоило ли скрывать что целью Луки была совсем не спинка. Волку ничего не стоило приподнять бедра партнера, развести в стороны его ягодицы и прижаться сначала губами к пульсирующему колечку мышц, а потом протолкнуть в него кончик языка, начиная поглаживать стеночки внутри, вылизывать раздраженный грубым проникновением анус. Для волка это было капец крайностью. Обычно его черта с два заставишь делать нечто подобное. Слишком гордый. Слишком развиты вкусовые рецепторы. Но сейчас он делал это долго и со вкусом, иначе и не скажешь. Это можно было смело назвать «поимел» язычком, и до сих пор не унимался, иногда начиная покусывать не оставляя следов ягодицы и вводя в русалку пальцы чтобы помучить простату, но через короткое время вынимал их и вновь прижимался губами, языком. Дожидаясь когда же русалка попросит пощады, и как то не иначе.

23

Отползти не удавалось никак. Волк более чем крепко держал за бедра, продолжая мучить пальцами, уже добравшись до бугорка простаты. Руни боялся стонать, потому что боялся продолжения действа, которое явно желал этот оборотень. Тихие всхлипы и зажмуренные глаза. Это был неправильный выход, теперь Амнезия не особо знал когда и где прикоснется к нему партнер. И не видел это плотоядное выражение глаз. Увидел бы - испугался, и уж точно бы не стал даже мечтать о попытке отползти.
Ну вот его уже перекладывают, пальцы скользят по спине, а бедра приподнимают и разводят ягодицы.
Оборотень был сильнее, пожалуй, если не сопротивляться. все может и быстро закончиться, ведь бороться - бессмысленно. Во всяком случае сейчас хост оправдывал себя именно так, хотя на деле он уже был возбужден сам.
Тем не менее ожидаемого проникновения не случилось. Более того, то, что почувствовал Русал моментально заставило тело задрожать, а губы разомкнуться в стоне. Вот уж такие ласки были крайне редкими гостями в жизни парня. Тело выгибалось само по себе, а стоны становились все слаще. Волк будто зализывал ранку, которую сам и сделал. Но эти движения языка....  Казалось что ничего более приятного в жизни никогда не было. Тело, еще не отошедшее от пережитого оргазма все дрожало, а мышцы внутри непроизвольно сжимались на вторжения пальцев. Голова шла кругом, а член снова начал истекать.
- Хватит...хватит... - задыхаясь шептали губы,- я больше не могу.... ахх.. прекрати.... это слишком хорошо....
Тонкие пальчики с силой сжали ковер, а сам русал молился, чтобы позорно не кончить только от этих невообразимых движений языком.

24

Было явно, что действительно хватит, потому что голос русалки звучал очень сексуально, рыбка словно умолял продолжить, но не так. Было очевидно, что партнера поставило в тупик то что делает оборотень, ясно что с подобным русал не так уж и часто встречался. В прочем волк тоже чуть ли не впервые оказывал услуги подобного рода. Да что уж там говорить, для Луки это было что-то нереальное вообще. Чтобы языком… там… не, раньше волка бы всего перекосило от подобной мыли и подобного предложения. Что уж тут его подтолкнуло? Чувство вины возможно, а может то что он был уверен что русалка чистый? Чистый во всех отношениях. Амнезия никак не был похож все-таки на доступного парня. Об этом говорила каждая его реакция. Он реагировал очень искреннее, очень бурно и явно. В этом чувствовалась буквально нехватка или полное отсутствие долгое время половой жизни и это тешило самолюбие оборотня.
И Лука думал. Думал, стоит ли останавливаться, когда чувствуешь, что еще чуть-чуть и любовник кончит и от этого, и будет у него второй оргазм, а значит, в третий раз он и вовсе будет шелковым. Именно это и подталкивало Альмерию к мысли не останавливаться, а продолжить ласки именно в этом же русле, ведь сам-то он мог еще чуть-чуть подождать. Всадить в него всегда успеется.
Именно на этом волк и прекратил думать, он не собирался останавливаться, не собирался менять место дислокации.  Оборотень просто продолжил свои уверенные ласки языком, и пальцами одновременно, растягивая парня и подготавливая его, а другой рукой сжимая и поглаживая истекающий любовным нектаром член русалки. И наслаждался стонами и сбившимся дыханием.
А у самого под кожей бегали табунами мурашки, и от напряжения мышцы перекатывались под влажной от пота кожей. И будь сейчас у него на загривке шерсть, она точно стояла бы дыбом. Потому что все внутри отзывалось, чуть ли не нервной дрожью на каждый стон и полустон русалочки. Голова кругом и в ней все словно кадрами запоминается, урывками. Вот соблазнительный изгиб спины, тонкие пальцы сжимающие ворс шкуры, капельки пота жемчужинами скатывающиеся с его плеч, бирюза волос волнами расстилающаяся по ковру и плечам неземного создания.
Кажется уже сам на пределе, потому закрывает глаза и пытается собраться, потому что сначала ему нужен оргазм русалки, а потом уже собственное удовольствие, это была своего рода плата за доставленную боль и дискомфорт.
Еще чуть-чуть… Немного, потому что волк чувствовал приближение оргазма Амнезии, и внутри чуть ли не ликовал.  Еще немного.

25

Это уже переходило ту черту, когда можно было назвать происходящее невыносимым. Сейчас все было куда хуже... Оборотень мало того, что не остановился он продолжил свои ласки, подключив уже и вторую руку, которая обхватила член хоста, усугубляя все сложившееся положение.
Тело уже дрожало в руках Альмерии, а член напрягался все сильнее. Голова отказывалась соображать полностью. На затворках сознания мелькнула странная мысль о том, что интересно, а каково сейчас волку ощущать собственный вкус, лаская там языком. Второй же мыслью, затерявшейся очень быстро было то, что хост нарушил все мыслимые и немыслимые правили, мало того, что переспав с новым соработником, так еще и делая это без каких либо средств контрацепции. Последнее для Амнезии было вообще неприемлемо. Он отличался сознательностью и вечным беспокойством за собственное здоровье. А тут... картина маслом.
Несколько движений пальцев на уже влажном члене и невообразимый оборот языком, и во уже тело русалки натянулось как струна и задрожало. Струна эта звучала. Звучала сладко и до чертиков эротично. Звучала нереальным стоном. Будь он сиреной, паа кораблей уже бы добровольно пошли ко дну вместе со всей командой.
Руни еле дышал, удовольствие пульсировало в висках. А на руке оборотня и на животе Амнезии снова поблескивала белоснежное семя. Ресницы дрогнули, приоткрывая помутневшие русалочьи глаза.
Какое-то непонятное желание. И вот уже слегка подрагивающая рука, убирает пальцы со своего члена и тянет их к себе. Парень приподнялся на одном локте и распахнул раскрасневшиеся губы. Ловкий язычок с поблескивающим шариком сережки на нем, начал вылизывать собственную сперму с пальцев луки, периодически захватывая их в плен губ и посасывая.

26

Волк был удивлен, волк был не реально удивлен, так как ровно до этого момента Руни не проявлял никакой инициативы в этом действе. Он принимал, конечно, очень большое участие, распалял страсть в волке стонами, звуками своего голоса. Он, крепко сжимая в себе его плоть и пальцы, растворял в себе, но сам к волку фактически не прикасался. Стоит ли говорить тогда, о том насколько сильно был сбит с толку оборотень, когда Амнезия обхватил губами пальцы волка и начал их посасывать и обводить кончиком языка. У Луки от желания, кажется, даже в глазах потемнело, настолько все это было сексуально, чувственно. Ротик горячий и влажный, и такой требовательный, невольно волку представилось какого это когда русалка делает минет. Лучше бы он, определенно, не представлял себе такое, потому что под фантазией плоть болезненно напряглась, и требовала действ.
Желание вновь ударило в голову с невероятной силой, выбивая из волка дух, заставляя резко вдыхать, чтобы просто не задохнуться, а ведь просто оказывается он, смотря на разомленую русалку, перестал дышать, настолько завораживающим было зрелище.
Волчара решил не отнимать пальцев у Амнезии, пусть хост развлекается и дальше с ними. Луке чтобы вновь взять русалку хватит и одной руки, очень даже хватит.
Альмерия вновь повернул его на живот, обхватил парня под живот, слегка выгибая, притянул его к себе ближе. Напряженная пульсирующая плоть вновь уперлась в упругое колечко ануса, и начала медленно входить. И дело было даже не в том, что Лука хотел сделать все нежно и наиболее безболезненно, хотя это был неоспоримый факт, но он так же хотел чтобы хост отчетливо почувствовал объем плоти, и каждый сантиметр пронзающий русалку. Но стоило только волку войти в него до основания, как он тут же начал медленно и верно наращивать темп, хотя бы потому что терпение даже у него было не бесконечным, а он итак свое желание сдерживал очень долго. Именно поэтому теперь торопился получить еще одну вспышку оргазма и уже наконец то успокоиться, и дать отдохнуть русалке, которая в принципе то вообще случайно попала в его лапы.

Отредактировано Luca Al’meria (2012-07-10 12:10:14)

27

Пока Амнезия был занят пальцами волка, кажется тот решил-таки действовать. А точнее продолжить. Русал прекрасно понимал, что дело не закончится "зализыванием ран" и его собственным оргазмом. К счастью или к сожалению - это неизвестно. Но то, что Лука уже для себя все решил - это было очевидно. Одной рукой он снова перевернул его на живот, а Руни мысленно улыбнулся.
"Животное.... какое же он животное..." - и мысль та не носила никакого отрицательного оттенка. Никакого сарказма или ненависти. Скорее теплота. Альмерия в глазах русалки сейчас был крайне сексуально привлекателен. Зашкаливающе просто. И не удивительно (после стольких оргазмов то!).
Руку оборотень от губ не оторвал, чем и решил воспользоваться Руни. Кончик языка игрался с нервными окончаниями пальцев, а потом просто начал обращаться с ними, как если бы во рту был член. Почему-то ему сейчас самому это нравилось. К тому же давало возможность не кричать и не стонать громко, когда в уже более чем подготовленное и влажное тело медленно вошли. все равно неприятные ощущения остались, но они сводились к минимуму. Уж больно сладко и приятно все было в данный момент.
Правда такая сладкая неторопливость долго не продержалась. И вот уже снова этот бешеный темп, от которого голова идет кругом и подкашиваются ноги. Руни поймал себя на том, что сам стал подаваться назад, лишь бы оборотень проник еще глубже.
Афродизиак и собственное желание делали его слишком жадным. И Эта жадность заставляла сжиматься внутри, сужая и без того не особо большое пространство, просто чтобы чувствовать острее. Чтобы вынудить двигаться резче, прорываясь в сгорающее и истекающее от желание тело.
Пальцы выскользнули изо рта парня, и послышался голос на грани со стоном и вздохом одновременно.
- Еще.... еще.... дай мне.... еще...

28

Секс животный, страстный, какой-то даже не обузданный. Лука в очередной раз терял над собой контроль, и в этом был виноват Амнезия, его голос, его дыхание, ритм сердца, что волк чувствовал своими ладонями, прикасаясь к груди юноши, чувствуя быстрые, хаотичные толчки в самые ребра, и это успокаивало отчасти. Не только у него сердце как с ума сведенное бьется о ребра и пытается проломить прутья клетки, что сдерживают его и не дают вырваться на свободу. Нельзя, дать сердцу лететь, потому что это только секс, да еще и на один раз, сердцу летать не положено, пусть просто бьется, физиология, напряжение мышц и кровь что бежит по венам, заставляя мышцу, просто мышцу работать в ускоренном темпе, не более.
Но чем дальше продолжалось действо, тем сильнее крыло оборотня, он еще хоть как-то сдерживал свой звериный нрав, свой темперамент пока русалка не отвечал почти на действия оборотня. И как же все резко и кардинально меняется, когда партнер начинает втягиваться в игру, кажется, в такие моменты что все только начинается, но нет, не так, Альмерия понимал что это последний раз для, них иначе кто-то в итоге останется калекой. Звериные глаза и чутье улавливали что в итоге он все равно в здравом виде не выберется от русалки после того что сотворил с его телом. Но как можно было сдержать себя, когда он так сексуален.
«Сексуален, как же тебя хочется брать снова и снова», - промелькнуло в сознании и оборотень зарычав, скользнул ладонями на грудь русалки, с нажимом проводя при этом ладонями по его ребрам наслаждаясь упругой кожей, растирая пот по коже, и в конце зажимая пальцами соски русалки, начиная, щипать, надавливать и просто нежно обводить по кругу подушечками пальцев. Альмерия вовсю начал пользоваться отдачей русалки, это позволило ему склониться к нему, ведь он уже давно сверлил взглядом спину Амнезии, его так и манили крылья лопаток, изогнувшийся позвоночник и загривок. Поцелуями вновь по выступающим косточкам позвоночника, короткие и осторожные прикусы загривка… Волка заводил вкус кожи русалки, заводил его запах, и желание грозило снести его словно волной цунами. Языком Лука ласкал лопатки и совсем нежно целовал, прикрывая глаза, обжигая партнера дыханием.
И как то ласки волка были крайне противоречивы, потому, что где то он был нежен до крайности в своих действиях, а где то груб, и вот как то грубым он был там где следовало быть полегче, потому что русал так после оборотня еще совсем не скоро будет принимать клиентов, и неожиданно это грело душу Альмерии.
Но основной целью уже было просто иметь русалку, до боли в груди, до стиснутых челюстей, до полной потери рассудка, так что глядишь и обратишься во время оргазма, потому что крыло не по-детски и чувствовалась та самая дрожь, то самое напряжение во всех мышцах, когда знаешь что еще чуть-чуть, совсем немного и мир разобьется в дребезги перед глазами, и осколки попадут в глаза оставив одного наедине с собственным пульсом и сбившимся дыханием.
Но сколько бы оборотень не старался подавить в себе желание кончить, справиться с естественными нуждами своего организма было не реально, особенно когда внутри русалки так хорошо, горячо, когда мышцы так крепко сжимают ствол члена. Лу даже не заметил как выдержка дала сбой и он таки проиграл войну с собой издав долгое продолжительное рычание, не видя перед собой абсолютно ничего во время оргазма.
-Гкхррррррр, - хрипло и низко, очень по зверинному, сжимая в смильных руках Амнезию и приподнимая его, отрывая его лапки и грудь от ковра, так чтобы тот спинкой прижался к развитой груди оборотня. Лу еще немного двигался в русалке, остаточное когда надо остановиться но совсем не хочешь. Ни останавливаться. Ни покидать плен его тела. Ни просто выпускать из рук.

Отредактировано Luca Al’meria (2012-07-12 21:31:35)

29

Пожалуй, самым точным описанием всего того, что творилось с Амнезией будет.... "потерял голову от секса". Точнее быть не может. Слишком много удовольствия за один раз. Пусть чуть погодя, может через полчаса или даже меньше, его отпустит, но сейчас он бесконечно отдавался этому процессу. Жаждал его, хотел еще, становясь непомерно жадным. Хотел так сильно, чтобы не чувствовать ног, не суметь ходить и не суметь думать. Руни уже и забыл, когда последний раз так кайфофал от секса. Секса, которого сейчас он хотел все больше и больше и больше. Не понимая до самого финала, что пока остановиться.
Когда же оборотень добрался до сосков русалки, тот вообще начал окончательно млеть. И вот отрывание от ковра, практически болезненные объятья, и пульсирующий член внутри, который заполняет все существо хладнокровного хоста неимоверным и терпко-горьковатым теплом.
Руни начал дрожать, ощущая как по ногам стекает сперма, запрокинув голову назад и укладывая в районе плеча волка. От всей ли этой эмоциональности, но парень чувствовал, что сам кончит сейчас, когда член внутри начал обмякать и переставал двигаться, вытесняя постороннее из тела.
- ... волк.... иди сюда... - он чуть повернул голову, закидывая руку назад и притягивая Альмерию немного вниз, чтобы начать безудержно терзать поцелуями его губы. Чтобы глушить в поцелуях свои собственные стоны оргазма, когда свое же тело сдалось уже в третий раз, окончательно изгадив кимоно и ковер.
Поцелуй, казалось, может продолжаться вечно, но русалка отстранился первым, облизывая губы своим проколотым языком.
- ... нога... все еще больно.... донеси меня... до ванной.... волк... - полуприкрытые глаза и просто по волшебному бархатный шепот. И снова язык потянулся к чужим губам, требовательно проникая между ними. Но, будто возвращаясь в мир живых, хост замер на секунду, вздрогнув и опустил глаза.
- ...отнеси...

30

Постепенно Лука начинал приходить в себя. Туман в голове рассеивался и Альмерия уже начал хоть что то воспринимать вокруг себя, его мир уже не был зациклен на одном только Амнезии, которого он по прежнему сжимал в руках. Только хватка стала мягче, нежнее, ладони скользнули с груди на живот юноши и волк начал нежно его поглаживать, растирая по подтянутому животику семя и пот.
Волк сел на зад широко разводя ноги, и между них усадил русалку. Держать его подле себя было очень правильным, во всяком случаем так казалось Луке, это просто было для него естественно. Не про него было воспользоваться кем то и тут же выпроводить, и тем более не после того как был такой секс… Полный чувственности и страстности.
«Как он приятно пахнет, даже сейчас» - подумал Аль, поведя носом, утыкаясь им в тонкую шейку парня и делая шумный вдох. Хотелось коснуться ее губами. Просто так. Нежно. Без намека на какое либо продолжение. Ресницы оборотня пощекотали шейку парня, когда оборотень прижался к ней щекой. Просто россыпью прикосновений касается  его кожи…
А как было странно для оборотня понять, что Амнезия и сам к нему тянется, стремится к губам, что поцелуи оборотня его могут настолько заводить, что тот кончит. Это льстило, льстило, что русал не мог оторваться от Луки.
А еще волк в пылу совсем забыл, что Амнезия подвернул ногу. Совесть неприятно кольнула. Ему следовало помнить об этом и быть помягче к русалке, заботливее и нежнее.
-Извини, - пробормотал волк в губы русалке, глядя ему в глаза, млея при этом от их цвета, от длины ресниц, и нежный румянец. Знал бы парень насколько милым он сейчас был в глазах оборотня. Но Амнезия не знал, а волк свое восхищение показывать и не собирался.
«Интересно он будет таким же милым когда увидит, то, что я сделал с его тушкой,» - волк полуулыбнулся. Ему не было стыдно за то, что он сделал, даже скорее наоборот.
«Надеюсь в ванной не так уж и много зеркал, и они не большие», - с надеждой подумал волк, поднимаясь и подхватывая свою драгоценную, в прямом смысле этого слова, ношу. Да, оборотень догадывался, что русал дорогой сотрудник и за него выкладывают большие деньги.
-Ты легкий такой, - проговорил волк топая как он предполагал в сторону ванной, все таки эти покои он еще не знал, но ему тут уже очень даже нравилось. – Нога… Кхм… Я хуже то не сделал, я о ней абсолютно забыл, - сознался без тени смущения волк глядя в светлое личико русалочки.


Вы здесь » Меридиан » Район среднего сословия. Бордель "Sea Brilliants" » Комната Альмерии